По фамилии Еврейсон. Цикл интервью с Александром Бейдером

Их, в основном, давали вместо гораздо более традиционных Бейлы и Фейги, соответственно.

Часть евреев стала использовать для общения с окружающим славянским населением славянские формы библейских имен: Исаак вместо Ицек/Ицик, Барух вместо Борех/Бурих, Яков вместо Янкев/Янкель, Рувим вместо Рувен/Рубин, Ревекка вместо Ривка и т. д. Другие меняли имена на христианские (нередко – из Западной Европы), имеющие несколько общих букв с их настоящим еврейским именем: Исидор (Израиль), Бернард (Бер), Леон (Лейб), Ефим (Хаим), Розалия (Рейзя), Соня (Сара или Шейна).

В советский период эта тенденция получила дальнейшее развитие, с многочисленными Гришами (Гирш), Аркадиями (Арон), Вовами (Вольф), Львами и Ленями (Лейб), Марками (Мордехай), Борисами (Бер) и т. д.

Менора – один из древнейших символов иудаизма.

Задняя синагога в гетто Тршебича (Чехия).

Фото: Ави Акива

– Были ли в ходу двойные имена и чем это объяснялось?

– Двойные имена встречаются у ашкеназских евреев уже в средневековой Германии, хотя в этот период они были скорее исключениями.

Постепенно эта традиция развивалась: в 19-м веке в Черте Оседлости и Царстве Польском 30—40% евреев имело по два имени. Я вижу этому несколько независимых причин. Для мужчин важное значение имела дихотомия «синагогальное имя» – «бытовое имя», о которой я говорил в начале нашей беседы.

Исторически, именно сочетания этих двух имен дали первые двойные имена. В новое время среди распространенных сочетаний из этой категории мы встречаем: Иуда Лейб, Менахем Мендель, Ашер Аншель, Элиэзер Липман, Нафтали Гирш, Дов Бер.

До 19-го века у евреев фамилий не было и даже после их присвоения в течение многих десятилетий для еврейской психологии эти официальные именования не имели никакого значения. Использование двойных имен позволяло ввести дополнительный элемент для различения разных людей.

Давая двойное имя, можно было почтить память двух умерших родственников (и таким образом, удовлетворить желания нескольких живых, которые эти имена предлагали), или же дать одно имя в честь кого-нибудь, а другое – просто потому, что оно нравилось.

В принципе сочетания любых двух имен были возможны, но далеко не все из них использовались. Я провел статистический анализ двойных имен, принятых в 19-м веке в ряде польских общин, и выяснилось, что существовало немало закономерностей даже для имен, в которых две части не составляют традиционную пару «синагогальное имя» – «бытовое имя».