Человек-невидимка в стразах

Извини, я очень занята! – каменным тоном ответила я. А потом сказала в сторону: – Простите, Аврелий Германович, я забыла отключить аппарат.

– Что? – взвыл Гарик. – Кто? Аврелий? Ты в издательстве «Михаил К.»?

– Верно угадано, – стараясь не расхохотаться, подтвердила я. – Ты же от меня отказался, а мне кушать хочется, пришлось подписывать договор с Аврелием Германовичем.

– Ты уже оформила бумаги? – зашипел Гарик.

– Еще нет, пока их читаю.

– Немедленно выйди из кабинета, – приказал Ребров.

– Зачем? – прикинулась я полной дурой.

– Мы же с тобой друзья… – соловьем запел издатель.

– Я так и считала до того момента, пока кое-кто не выгнал меня без аванса, – сделала я свою подачу.

– Покинь Аврелия! – заорал Гарик.

Я поскребла ногтем по микрофону мобильного и через полминуты раздраженно спросила:

– Ну? Почему ты мне мешаешь?

– Ты в коридоре? – уточнил издатель.

– Да, – спокойно солгала я, – любуюсь на портреты авторов «Михаил К.». Здесь, оказывается, полно замечательных имен. И есть подходящее местечко для фото Арины Виоловой.

– С ума сошла! – взвился Ребров. – Что за демарш? Почему ты не взяла вчера аванс?

– Ты же мне его не дал, – напомнила я.

– Кто? – изумился собеседник.

– Ты.

– Я?

– Точно. Рассказал про маркетинговые исследования, посетовал на лень Арины Виоловой.

– Ох уж мне эти бабы! – взвыл Ребров. – Прости, Вилка, но ты давно к врачу ходила?

– Считаешь, мне пора отправиться на диспансеризацию?

– Непременно! Ты все неправильно поняла! Поставила с головы на ноги!

– С ног на голову, – поправила я.

– Не умничай, – обозлился Гарик, – я сказал тебе: «Сегодня денег нет…» Сегодня! Не вообще, а сегодня! «…Поэтому договор подпишем завтра. У нас временные трудности с наличкой».

– Да? – усомнилась я.

– Звоню ей, звоню – не подходит! – горячился Гарик. – Документы готовы, купюры отсчитаны, и где Виолова? Она у Аврелия в кабинете! Это как называется, а? Немедленно рули в «Элефант».

– Я не планировала на сегодня посещение издательства, – раскапризничалась я, – занята до десяти вечера.

– Отлично, – заметно повеселел Гарик, – прикатывай в одиннадцать, в полночь, когда сможешь. Будем ждать!

Я ощутила себя звездой, но решила не сдавать позиций.

– Ладно, если не очень устану. Кстати, мне рукопись у Аврелия оставлять?

Ребров поперхнулся, но сумел справиться с приступом душившей его злости.

– У тебя есть текст?

– Всего двести страниц, – промурлыкала я, – чуть больше половины.