Фанера Милосская

 – Жрете пиво и ни о чем, кроме рыбалки и выпивки, не думаете, натуральные гоблины!

– Эй, поосторожней, – покраснел Краминов. – Люди бывают разные.

– Отдельное спасибо за слово «люди», – улыбнулась я. – Значит, вы признаете, что и среди женщин пусть крайне редко, но все же встречаются порядочные и здравомыслящие натуры?

– Нет! – отрубил Павел.

– Исключения отсутствуют?

– Полностью.

– Значит, и ваша жена была малопривлекательным человеком? – не выдержала я.

Павел умолк, потом устало сказал:

– Не опаздывай! Ровно в семнадцать у подземного перехода, на стороне движения в сторону области.

Дом, в котором жила Беатриса Мальчик, ничем не отличался от своих соседей, бело-серых блочных башен, возведенных в конце семидесятых годов прошлого века. Стены кабины лифта оказались покрыты непристойными рисунками и надписями, и пахло в ней соответственно. Задержав дыхание, я поднялась на шестой этаж и позвонила в дверь с цифрой «7», вторая часть номера – «9» – исчезла без следа.

То ли она отвалилась от старости, то ли ее отодрали те же руки, что изуродовали лифт.

Беатриса открывать не спешила. Я глянула на часы – всего лишь полдвенадцатого, для певицы из ресторана, которая ложится спать около четырех-пяти утра, это раннее утро. Но, похоже, ее нет дома. Поколебавшись пару секунд, я решила побеспокоить соседей, но их тоже дома не оказалось. Из-за створок слышался собачий лай, гулкий, злобный, и звучал он в унисон – похоже, у людей из разных квартир были псы-родственники.

Как все собачники, я знаю, что тявканье так же уникально, как человеческий голос, а здесь равномерное, сердитое «гав-гав» началось, едва я нажала на звонок, и прекратилось, как только мой палец оторвался от кнопки. Мало того, что сторожа – братья, так их еще и выучили у одного инструктора. Да и двери похожи – железные, с пластиковыми накладками, имитирующими дерево. Вот только вход в восьмидесятую украшала табличка с надписью: «Собака не злая, просто у нее слабые нервы».

Бесцельно постояв на площадке этажа несколько минут, я спустилась во двор. Села в машину и позвонила в справочную.

– Девятнадцатый, слушаю, – ответил мужской голос.

Из груди вырвался вздох. Ну вот, сейчас начнется! Если в справочной службе я попала не к женщине, то вместо короткого ясного ответа на вопрос услышу нечто непредсказуемое.