Гадюка в сиропе

ГЛАВА 8

Рамик, повизгивая, кинулся к нам со всех лап. Он нервно скулил и путался под ногами, мешая снимать сапоги.

– Ой, погоди, – отбивалась Лиза, – сейчас кушать будешь.

Щенок пришел в еще больший ажиотаж и начал скакать, словно мячик на резинке. Мы вошли на кухню и обомлели. Занавески кто-то нарезал, пытаясь сделать из них лапшу. Неровные ленты покачивались на сквозняке.

– Что это? – ахнула Лиза.

– Думаю, Пингва катался на портьерах, а потом начал по ним бегать вверх-вниз.

Когти острые, а занавески из тонюсенького батиста.

– Где он? – поинтересовалась девочка и тут же вскрикнула: – Смотри!

Маленькое черненькое тельце неподвижно лежало возле холодильника. Мы кинулись к котенку и через секунду поняли: Пингва засунул голову в щель между дном холодильника и полом. Уж как он это проделал, уму непостижимо, свободное пространство всего шириной в два пальца! Минут пять мы пытались вытащить несчастного, но уши не давали голове вылезти.

Стоило потянуть посильней, и бедолага заходился в диком визге. Поняв, что так мы ничего не добьемся, попробовали приподнять холодильник, но потерпели сокрушительную неудачу. Громадный четырехкамерный «Бош» оказался каменно-тяжелым, обхватить его скользкие бока было просто невозможно. В конце концов Лиза разрыдалась:

– Он погибнет!

– Прекрати, – велела я. – Слышала, что у кошки семь жизней? Лучше скажи, кто живет в соседней квартире?

– Бандит, – всхлипнула девочка.

 – Андрей Петрович.

– Как бандит?

– Ну просто, – ответил ребенок. – Папа говорил, что он из мафии, а из какой – не помню.

– Сиди тут, – приказала я и решительным шагом двинулась к соседу.

Бандит, мафиози – это отлично, такие люди хорошо питаются, занимаются на тренажерах и обладают отличной физической подготовкой.

Сосед оправдал мои ожидания. На пороге возникла гора мышц, вбитая в спортивный костюм, на шее здоровенная золотая цепь, волосы на голове почти сбриты, и жевательная часть черепа намного больше мыслительной.

– Чего надо, мамаша? – вежливо осведомился бандит.

На Андрея Петровича он явно не тянул, свежий цвет лица и пухлые щеки выдавали возраст – лет двадцать пять, не больше.

– Я ваша соседка…

Андрей кивнул.

– Очень прошу, помогите нам?

Парень сморщился:

– Бабок дать? Сколько?

– Нам не нужны бабушки, – путано принялась объяснять я.