Гиблое место в ипотеку

Увидев меня, она выдернула из держателя на стене пару бумажных салфеток и стала прикладывать их к глазам.

– Вы Ирина Петровна? – спросила я.

Дама испугалась.

– Откуда вы знаете?

– Меня зовут Евлампия Романова, – представилась я. – Вы хотели видеть Владимира Костина?

– Нет! Господина Вульфа, – дрожащим голосом сказала дама, – но, понятное дело, он сам к обычному человеку не выйдет.

Я улыбнулась.

– Просто его пока нет на работе.

– Ну да, – кивнула Ирина, – ясно! Одно время я пыталась пробиться к министру МВД, тот тоже постоянно отсутствовал.

– Максима и правда нет, – повторила я, – но он вот-вот появится и поговорит с вами. Объясните мне, зачем вы Вульфа ищете?

– Вы его секретарь? – устало спросила Ирина Петровна.

– В некотором роде да, – согласилась я.

– Спасибо, что пришли, – поблагодарила Ирина, – но мне нужен исключительно владелец агентства. Вы милая, но не имеете права принимать решения.

Я открыла дверь в коридор.

– У чиновников есть выражение: «Постоянный доступ к первому лицу».

А у каждого начальника есть некто, кто всегда может с ним связаться, босс ему непременно ответит. Как правило, такой человек один в многочисленном окружении высокопоставленного лица. И часто он не из заместителей, пресс-секретарей и тому подобных. Иногда это массажист, камердинер, водитель, горничная, одноклассник, с которым босс дружит с семи лет, теща бывшей жены… «Шишка» о лучшем друге никому не рассказывает, и тот тоже крепко держит рот на замке. Я та женщина, которая всегда может поговорить с Вульфом. Пойдемте в наш офис, вы там посидите на диване в уютном холле, попьете чаю.

Ирина схватила меня за руку.

– Спасибо! Я чуть с ума не сошла, когда мне сумочку в деталях описали. Меня осенило: Олеся жива!

Мы прошли к лифту, войдя в пустую кабину, моя спутница прошептала:

– Дорого стоит расследование у Вульфа?

Я окинула ее взглядом. Волосы явно побывали в руках дорогого стилиста. И макияж не яркий, не вульгарный, но «нарисовано» все: глаза, губы, румянец, много пудры.

И с тональным кремом небольшой перебор – кожа идеально гладкая, но какая-то неживая. А вот платье, туфли совсем дешевые.

– Нет единой цены, – ответила я. – Оплата расследования для каждого клиента индивидуальна.

– Наверное, я зря к вам явилась, – смутилась Ирина, – большими деньгами не располагаю. Скажите, сумка здесь? Мне бы взглянуть на нее. Может, я ошибаюсь? Она не Лесина? Я ее сама сшила! Второй такой нет, я сразу определю.