Апостол Андрей. Наука о Новом завете

Евангелие от Иоанна не перечисляет «двенадцатерых», но называет двух Иуд и уточняет, что второго не следует смешивать с Искариотом (14:22).

В «техническом» смысле слова Павел не был апостолом; но апостолы существовали во всех ранних христианских церквах. Роль «двенадцати» в качестве гарантов сохранения иерархии в общинах средиземноморского мира возникает в сложных перипетиях нарастающего разложения мессианской доктрины иудаистского мира, вплоть до ее превращения в учение об универсальном спасении. Это и в самом деле было важно для масс, признававших свое положение в этой жизни все более нетерпимым, ничтожным, бесправным, подневольным.

Вместе с проекцией их чаяний в мир ирреального образ Иисуса, если он когда-либо имел какое-либо «историческое» содержание, утрачивает всякие отчетливые контуры. Отныне он искупитель, который обеспечит верующим спасение, и не только сыновьям Израиля, но и всем, без различия родины, «иудеям и грекам», как скажет апостол Павел.». «В приписываемой св. Петру литературе вера в воскресение рассматривается как необходимость, поскольку посвященные могли считать собственное возрождение обеспеченным. «…Если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, и вера ваша». (1 Коринф., 15: 14). Почти в тех же словах жрец Митры уверял вновь обращенного, умащая его священным елеем: «Верь, твой бог воскрес, его страдания гарантируют твое спасение».» (там же, с. 82). «Апостолы носят большей частью греческие имена: Филипп, Андрей, Фаддей (эквивалент Тевда или Досифея), оба Симона, но это иное имя, чем Симеон в Евангелии от Луки (2:25), и Иоанн – имя, которое не могло происходить от еврейского «ионах», («голубка»), даже если подобное созвучие способствовало возникновению легенды о нисшествии божественного «духа» Яхве, вызванного Иоанном Крестителем. Матфей, прозванный также Леви, Варфоломей (сын Птолемея по-арамейски), Фома (грецизированная форма слова toma – «близнец», неизвестно, впрочем, чей) и два Иуды – Искариот и другой, названный в некоторых местах Библии вместо Фаддея, – это, несомненно, семитские имена. Напротив, Иаков (от Иакуб), по-гречески Иакобос, может быть смешан с Иаккос, одним из мистических имен Диониса, – «громогласный», тот, кто кричит. Может быть, отсюда его прозвище, распространенное также на его брата Иоанна, – Воанергес, которое переводится в Евангелии от Марка (3:17) с арамейского как «сыны Громовы», но которое в действительности означало по-гречески «могучий глас».