Хорошие манеры Соловья-разбойника

– Верно. Один раз я исполнила ее в «ОРС», Вера тогда сказала, что это ее любимое произведение. Я позвонила Ольге, ответил женский голос:

– Библиотека.

Пришлось извиниться.

– Простите, я неправильно набрала номер.

– Пустяки, – отреагировали на том конце провода.

Я опять аккуратно набрала цифры и услышала тот же голос:

– Библиотека.

Алла развела руками.

– Я решила, что у девушки на визитке опечатка.

Федина вынула из сумочки карточку.

– Вот, посмотрите. «Ольга Арамакина. Стилист».

И телефон, который, как мне сказали, много лет принадлежит районной библиотеке. Странно! Неужели Ольга не заметила, что на визитке ошибка? Я очень хотела найти могилу Веры, поэтому отправилась в Мосгорсправку, заплатила некую сумму и узнала…

Алла всплеснула руками.

– Ольга Арамакина в Москве не живет. Вот Вера с такой фамилией была. Кто тогда ко мне приходил с тортом?

Алла содрогнулась.

– Молодая женщина внезапно умирает. В гримерке появляется девушка, которая выдает себя за дочь Арамакиной! Зачем она это сделала? Ответ напрашивается сам собой: чтобы вручить мне торт.

А смысл?

Федина отодвинула в сторону пустую чашку.

– Вафли в шоколаде съела Валентина и внезапно умерла. О том, что я отдаю уборщице торт, знала капельдинер. Уж, наверное, Елена Яковлевна разболтала об этом обслуживающему персоналу. Вера всегда открыто несла упаковку. Валечка не один раз получала торт и была рада. Она не лезла ко мне с вопросами, никогда ничего не просила.

Федина прижала к груди руки.

– Пожалуйста, не сочтите меня человеком с манией преследования. Я никогда ни малейшего отношения не имела к криминальным структурам. Не брала в долг ни у людей, ни у банков. Не охотилась на чужих мужей. Не подсиживала коллег. Я патологически законопослушна и, уж извините, что нахваливаю себя, порядочна. Но… похоже… кто-то… решил…

Алла замолчала.

– Отравить вас, – договорил за нее Костин.

– Да, – выдохнула Федина.

Володя сказал:

– Ход ваших мыслей понятен.

Но давайте рассуждать трезво. Если кто-то, съев торт, скончался, это еще не означает, что в нем был яд. У Валентины могло быть какое-то хроническое заболевание. Или у нее случился инсульт-инфаркт, тромб оторвался. В жизни все иначе, чем в криминальных романах.

– Я люблю книги Смоляковой, – призналась Алла, – дочь при виде очередной новинки рожу корчит. А мне ее детективы нравятся.

– Я тоже поклонница Милады, – приободрила я Федину.