Клетчатая зебра

Я присоединила свой подарок к куче презентов и стала бродить по залу, слушая обрывки чужих разговоров.

– С каждым замужеством она делается богаче…

– Если отдадим товар по двадцать, то ничего не получим…

– А он мне и говорит: «Да ты лохушка…»

– Не ешь, семга отвратная…

– Ника сразу полетит в Париж…

Как всегда, люди обсуждали хозяев мероприятия и пытались попутно заниматься своими делами.

– Дашунечка, – окликнул меня знакомый голос, и я увидела Веру.

Подруга выглядела замечательно.

На секунду я даже заподозрила, что она проделала со своим лицом некие манипуляции, настолько свежей – практически без морщин – выглядела ее кожа.

– Очень красивое платье, – заулыбалась Вера, – тебе идет красный цвет.

Я не осталась в долгу:

– Шикарно смотришься, больше двадцати пяти не дать.

– А я и не возьму! – воскликнула Вера.

– Ты с Андреем? – поинтересовалась я.

– Нет, – сообщила подруга, – только с Иришкой. Андрюша улетел на Кипр, его постоянного клиента скрючило.

Московская недвижимость расползлась по загранице.

Я не удержалась от смешка. У Андрея много постоянных больных, к которым он безропотно выезжает или вылетает в любое время суток. Некоторые клиенты, когда массажист заходит к ним в спальню, способны двигать только глазами – остеохондроз коварная штука, чихнешь со вкусом и останешься в позе буквы «зю». Андрюша (кстати говоря, он находится в тесной дружбе с абсолютным большинством своих подопечных) в шутку называет недужных «московской недвижимостью».

Бедолаги не обижаются, наоборот, посмеиваются и говорят врачу:

– Срочно прикатывай, а то недвижимость превратится в бочку с цементом.

Один внешний вид Савельева внушает доверие и вызывает улыбку. Андрюша похож на счастливого кота, надевшего ради прикола очки. Появляясь, он довольно потирает руки и сообщает:

– Утренний ужас явился. – И, начиная массаж, самозабвенно болтает о всякой ерунде: пробки на дорогах, зловредные гаишники, погода, проделки его собаки по имени Пан, телепередачи.

По первому впечатлению Андрюшу можно принять за наивного человека, который просто не способен держать рот на замке. Но спустя некоторое время становится ясно: Савельев никогда ничего не сообщает о других клиентах, он свято блюдет медицинскую тайну и говорит лишь на общие темы. Редкостной говорливостью массажист маскирует момент, когда ему предстоит сделать вам больно, подчас даже очень больно.