Козлёнок Алёнушка

Таня оказалась ловкой, она за считаные минуты поменяла медведей и сказала Саше:

– После росписи они же в ресторан поедут?

– Конечно, – подтвердил «извозчик», – пить, гулять, веселиться. Лимузин арендовали на сутки.

Кузнецова протянула Саше деньги:

– Держи.

– Спасибо, – обрадовался шофер.

– Хочешь получить еще столько же? – прищурилась Таня.

– Что надо сделать? – деловито осведомился Великанов.

– Когда привезешь новобрачных в ресторан, позвони мне. Я выйду на стоянку и поменяю медведя.

Привяжу вашего, а своего я заберу. Он музыкальный, дорогой, еще пригодится мне.

Александр замолчал.

– Дальше! – поторопила я.

Парень прислонился к лимузину.

– Я встал здесь на парковку, звякнул ей. Она мигом примчалась, все сделала, заплатила и ушла.

– Опиши внешний вид этой дамы, – велела Лена.

Александр начал ковырять асфальт носком ботинка.

– Ну… толстая такая, прямо бочка, жирная очень.

– Цвет волос, глаз? – подсказала я.

– Шапка на ней до бровей была натянута и очки большие, дымчатые, – припомнил Саша.

– Одежда какая? – не утихала я.

Водитель скривился:

– Я не разбираюсь в бабских шмотках. Ну… куртка, брюки, ботинки.

– Подробнее, – потребовала Лена.

Саша пожал плечами:

– Ну… куртец черный, может, темно-синий, шапка… ну… вязаная… черная, может, темно-синяя… штаны… ну… черные, может, темно-синие… может, джинсы… ботинки, ну… может, кроссовки.

Я молча слушала водителя. Полицейские и частные детективы хорошо знают: добиться от свидетеля описания преступника или машины – гиблое дело.

Как правило, слышишь от людей: «не запомнил», «мужик как мужик», «одежда… ну, он одетый был». Если же свидетелей несколько, то каждый опишет предполагаемого нарушителя по-своему, и у вас в результате окажется женоподобный парень в возрасте от десяти до семидесяти пяти лет, лысый и кудрявый, ростом с карлика, но выше небоскреба. Он носит очки и одновременно ходит без них, шепелявит, грассирует, четко произносит слова и похож на евреенегротаджикороссиянокитайского удмурта и белоруса. Хорошо помню, как одна дама уверяла Степана, что она сама лицезрела, как пират звонил в дверь дома.

– Уверены, что видели морского разбойника? – уточнил Дмитриев и услышал в ответ:

– У меня стопроцентное зрение. Черная повязка на глазу, деревянная нога и попугай на плече.

Когда наконец отыскали преступника, то оказалось, что у него две нормальные ноги, сильная аллергия на птиц и пара здоровых глаз.