Лазурный берег болота

 – Чем же еще?

– Я думал, вдруг ты купила какой-то фиксатор, – смутился мой муж, – ну… вроде прищепки.

Ирина Леонидовна хихикнула:

– Нет. Всем понятна задача?

– Да, – хором ответила группа «ветеринаров».

– Начинаем? – осведомилась Рина.

Мы снова в едином порыве подтвердили свою готовность приступить к исполнению обязанностей Айболитов.

Ирина Леонидовна присела и зажала Мози в объятиях.

– Внимание! Раз! Ой, нет! Надо сначала смочить хлоргексидином вату. Ваня! Возьми плюшки!

Иван Никифорович пошел к хлебнице и открыл ее.

– Мама, тут только батон.

Ирина Леонидовна обернулась:

– Батон? Зачем он нам сейчас?

– Вообще ни к чему, – согласился сын.

– Ваня, – спросила моя свекровь, – с какой целью ты стоишь у хлебницы?

– Ты попросила взять плюшки, – пояснил начальник всех спецбригад.

Бровкина хихикнула:

– Ирина Леонидовна так называет ватные диски – плюшки.

– Я не знал, – удивился мой супруг, возвращаясь к нам, – вообще-то они совершенно на булки не похожи.

– Возьми хлоргексидин, вылей его на диски.

Иван постоял мгновение молча, потом положил ватные диски в блюдце и выплеснул на них все содержимое флакона.

– Господи, Ваня, что ты делаешь? – изумилась хозяйка дома.

– Выполняю твое указание, – ответил сын.

– Их надо было просто смочить, – вздохнула Рина, – чтобы протереть уши Мозеса.

– Ты сказала: «Возьми хлоргексидин и вылей его на диски», – напомнил Иван, – я в точности выполнил твой приказ: вылил.

Я не справилась с собой и расхохоталась.

– Вылить, налить, накапать – да какая разница! – засверкала глазами Ирина Леонидовна. – Ладно, теперь отожми их, и начнем.

– Отжать что? – осведомился Иван Никифорович.

Из глаз Рины посыпались молнии:

– Плюшки!

– Диски? – уточнил Иван. – Готово.

– Отлично, – обрадовалась Рина, – начали! Раз!

Домработница схватила влажный кусок ваты и живо протерла левое ухо Мозеса. Иван кряхтя присел и стал старательно обрабатывать ватным диском… нос бульдожки.

– Ухо, Ваня, ухо, – нервничала Рина.

– Знаю, – спокойно ответил сын, – обрабатываю!

– Нос! – возмутилась его мать. – Ты его трешь!

Иван Никифорович посмотрел на бульдога.

– А и правда. У Мозеса все на морде рядом.

– Таня! – воскликнула Рина. – Мажь быстро, не тормози. Я еле держу Мозеса.

– Собака не должна быть толще хозяйки, – менторски заявила Бровкина.