Каникулы в Простофилино

Просто семья нуждалась в деньгах, а в советские времена кандидаты наук были элитой общества и имели некоторые льготы. И потом, очень приятно сообщать окружающим: «Мой муж (или жена) признанный ученый». Каркины, конечно же, хотели получить материальное благополучие и полнейшую моральную сатисфакцию, вот только не желали браться за диссертацию.

Когда Милка пошла в десятый класс, тетя Аня и дядя Антон вдруг перестали подпихивать друг друга к дверям аспирантуры. Они сообразили: в семье подрастает дочь, вот кто выполнит то, что не сумели родители.

Мила пришла в полнейший ужас, когда папа с мамой изложили ей свой план. Но у девочки хватило храбрости заявить:

– Никогда не отправлюсь на факультет растениеводства! Вижу себя художницей.

И у Каркиных дома началась битва, которую можно сравнить лишь с танковым сражением под Прохоровкой. Если забыли, напомню: около этого небольшого местечка под Курском в ходе Второй мировой войны случилась настоящая бойня, в которой полегло неисчислимое количество техники и людей.

В борьбе все средства хороши, и тетя Аня сказала мужу:

– В институт, где учат малевать картины, без протекции не поступить. Мила непременно срежется на первом экзамене. Впрочем, до него дело и не дойдет – она не выдержит творческий конкурс.

Честно говоря, я была согласна с тетей Аней. Мила выдавала ужасающие, на мой взгляд, полотна, на которых «красовались» предметы с явно искаженными пропорциями, а цветовая гамма – черно-коричнево-фиолетовая – могла вызвать жесточайшую депрессию даже у трехмесячной обезьянки.

– Ты абсолютно права, милая, – закивал дядя Антон, услыхав речи супруги. – Пусть шлепнется побольней, одумается и пойдет изучать ботанику, потом нам благодарна будет.

Полностью уверенные в своей правоте, старшие Каркины прекратили спорить с Милкой и начали ждать разгрома дочери на вступительных экзаменах.

Как же они ошиблись! Когда Мила выложила на стол перед приемной комиссией листы, щедро запачканные краской, преподаватели заломили от восторга руки, наговорили вчерашней школьнице кучу комплиментов и побежали договариваться с предметниками, чтобы те, не дай бог, не завалили юное дарование на сочинении или иностранном языке.

Надежда Каркиных заиметь в доме настоящего кандидата наук, увлеченно препарирующего цветочки, лопнула с оглушительным треском.