Любимые забавы папы Карло

Антон принялся командовать Никой.

– Мне на крыле носа нанеси темный тон, синяки под глазами высветли, губы сделай ярче! Я сказал, ярче! Ну ты, если работать не умеешь, чего тут топчешься?

Ника абсолютно бесстрастно размахивала кисточкой, обсыпая звезду пудрой.

– У тебя холодные пальцы, – злился Антон.

Гримерша тихонько замурлыкала какую-то мелодию.

– Фу, дерьмом надушилась, – не успокаивался Хренов.

Ника, никак не реагируя на его хамство, взяла расческу.

Я удивилась самообладанию девочки, может, она глухонемая? Хотя нет, ведь только что Ника беседовала с нами.

Дверь скрипнула, впуская в комнату новое действующее лицо, парня лет тридцати в ярко-розовой рубашке.

– Чао! – закричал он.

– Привет, Костя, – прозвучал тихий хор голосов.

– Я готов.

– Вот первый гость, – заулыбалась Катя, – узнаешь?

Костя подошел ко мне, сладкая улыбка украсила его сильно намазанное личико.

– Как же, как же, – защебетал он, – разве можно не узнать такую женщину! Красавицу, умницу, талантливую, кумира страны! Наша программа счастлива видеть вас…

Катя схватила ведущего за плечи, развернула и подтолкнула к креслу.

– Антон Хренов.

– Как же, как же, – моментально переориентировался Костя, – сам Хренов! Какая честь для нас! Радость! Антон! Вы певец…

– Киноартист, – живо влезла Катя.

– Не перебивай меня, – картинно рассердился Костя, – ох уж эти бабы! Мочи нет с ними работать. Вы певец сериалов, понимаете, да? Истинный талант всегда певец, поэт, вдохновенно поющий роль!

Я с уважением посмотрела на Костю, вот это мастерство изворотливости.

– …гений телесериалов, ваша «Бригада»…

– Не снимался я в этом отстойном фильме! – взвизгнул Антон.

– А я разве говорил тут о сериале «Бригада»? – совершенно честно удивился Костя. – Ваша бригада, имеется в виду, съемочная группа, создала уникальный, потрясающий, непревзойденный фильм…

– Обожаю их «Крысу», – картинно закатила глаза Катя.

– Да, «Крысу», – обрадованно подхватил Костя, – эти подземелья, подвалы, трубы…

– Там ничего такого нет, – насупился Антон, – у нас психологическая лента.

– Естественно, – замахал руками Константин, – подземелья, подвалы и трубы человеческой души, это задевает!

– Гость готов? – всунулась в комнату голова. – Нам звук повесить надо. Можно вас на секундочку?

Хренов кивнул и вышел, Костя рухнул на пуфик. С его напомаженной мордочки стекла улыбка кретина.