Львиная доля серой мышки

– Извините, что-то в горле у меня от воспоминаний пересохло… Понимаете, в каком настроении мы из ресторана уехали?

– Старуха хотела отомстить людям, которые ей денег не дали, и ей удалось лишить вас душевного равновесия, – сказала я. – Наверное, те же слова плакальщица говорит всем, кто не дает ей гонорара.

– Она знала имя покойной, – напомнила Воронова.

Я попыталась успокоить ее.

– Так ведь распорядитель похорон неоднократно его называла. Еще кого-то по паспорту бабка называла?

– Нет, – протянула профессор.

– Вот видите, – сказала я.

– А ее слова «покойная была алкоголичкой»? Откуда ведьме про дурную привычку моей сестры знать? – продолжала Галина Леонидовна.

– Это просто догадка, – пожала я плечами. – Вспомните ситуацию: в гробу еще не старая женщина, людей в зале мало, и все нехорошо молчат. Плакальщицы, как правило, неплохие психологи. Воскликни вы после ее фразы: «Моя сестра никогда не пила!» – старушка бы придумала что-нибудь, вывернулась. Собственно, я уверена, у нее был заготовлен ответ для любых ситуаций.

Но с вами она попала в яблочко. А когда не получила мзду, решила вас наказать и принялась гадости вещать. Про Лесино вранье наверняка она просто так сболтнула, ведь мало кто из подростков не обманывает родителей.

Моя собеседница поежилась.

– Умом-то я понимаю, что будущее предвидеть невозможно, и все-таки как-то жутковато… Потому что Володи и Ксюши и правда не стало. Но слушайте дальше…

Они поехали на дачу, у них маленький домик был, а участок приличный, двадцать соток, и не вернулись.

Поздняя осень стояла, конец ноября. Племянник с женой не отдыхать отправились, а дом на зиму консервировать. Газа центрального в поселке не было, баллонным пользовались. Из-за этого и погибли.

Что да как произошло, точно неизвестно. Народа в том Мошкине уже не было, люди давно дома позакрывали и до весны в поселке не собирались появляться. Сторожа там не держали. Вообще-то Володя с Ксюшей раньше собирались на дачу, но Леся заболела, у нее грипп случился с очень высокой температурой, и они отложили поездку до ее выздоровления.

Короче, в Мошкине они оказались последними дачниками в сезоне, когда все уже свои халабуды законопатили. Местная полиция не особенно волновалась, следователь сказал тете Владимира:

– Соболезную вашей утрате, но Столовы сами виноваты. Где у них баллоны с газом хранились?

Воронова честно ответила:

– Один на кухне в шкафчике стоял, к нему плиту подключали.