Судебные уставы Российской империи (в сфере гражданской юрисдикции)

Указание на «временность» применения ГПК было не случайностью, но скорее попыткой сгладить радикализм введения чужой гражданской процедуры.

Королевским Декретом от 27 апреля 1808 г. создается Комиссия, имеющая своей задачей подготовку проекта «по предмету, касающемуся процедуры и иных частей законодательства, не охваченного в Кодексе Наполеона»[36 - Dziennik Praw Ksiestwa Warszawskiego. T. I. Nr. 1. S. 34.]. Более того, королевским Декретом от 18 июля 1808 г.[37 - Dekret o przepisach dla komisji powolanej 27 V i 14 VII 1808 r.

do skontrolowania przekladu Kodeksu Napoleona na jezyk polski i ulozenia projektu procedury sadowej, kodeksu handlowego oraz karnego. Komisja ta ma rоwniez opracowac projekty norm prawnych nieobjetych Kodeksem Napoleona // Ustawodawstwo Ksiestwa Warszawskiego, Akty normatywne wladzy najwyzszej. T. I. 1807–1808. S. 130–131.] вводятся в действие нормы касательно работы Комиссии, где более подробно указано, что она призвана провести контроль перевода Кодекса Наполеона на польский язык и составить проекты Гражданского процессуального, Торгового и Уголовного кодексов. То, что Комиссия должна была разработать проекты правовых норм, не охваченных Кодексом Наполеона, также могло означать введение норм процессуального характера. Согласно последнему пункту Декрета от 18 июля 1808 г. – п. 11 министр юстиции имел право использовать экспертные мнения судов относительно процедуры и представлять их Комиссии. Исполнение всего Декрета также поручалось министру юстиции, хотя сама идея прямой рецепции французского законодательства была ему особенно близка. Подход, выраженный в королевских декретах, создавал иллюзию, что «формальная и полная рецепция, требуемая Конституцией, касается только самого Кодекса Наполеона, в то время как иные отрасли судебного права должны были опираться на собственные кодификационные работы и законы Княжества. Комиссия, однако, оставалась под влиянием министра юстиции, а ее проекты должны были направляться на одобрение королевским решением через того же министра»[38 - Sobocinski W. Op. cit. S. 39.]. Кроме того, даже касательно создаваемых якобы местных проектов законов и кодексов на государственном уровне требовалось брать за образец законодательство Франции. Согласно таким требованиям был создан проект ГПК, который «застрял» в Государственном совете[39 - Ibid. S. 40.]. В конце концов этот проект так и не был окончательно одобрен и введен в действие.