Неизвестный Поэтъ XIX века. Памятник Поэзии

 —

«Ты с ним знакома? – я издавна,

Когда он в городе живал,

Уроки дочерям давал

И так старательно, исправно,

Бывало с ними толковал;

Он преспособный на ученье

И с ним беседа сущий рай,

Пойдем просить благословенья,

Я позову его на чай!

XIV

В уединенье деревенском

Все дышит как-то простотой,

Но то, что в городе губернском,

Где гений ярмарки другой;

Хоть тех купцы и те же лавки,

Запросы, торги и убавки,

Но посетитель не те,

Не так коснеют в простоте;

Хоть теж лубки и также грязно,

Но там ломаются развязано;

Одежда с ног до головы

И моды ветреной созданья,

И новомодные кривлянья

Взяты из матушки Москвы;

Не все там говорят поруски,

Но для отличья от других

Но большей части, по-французски

Сужденья мелют о родных;

Насмешки дерзкие, порою,

Мешают с колкой остротою,

Там едут так, en plaisantant,

Лишь только pour passer le tems;

Там есть особы высших классов,

Они чуждаются запасов,

Они публично вопиют

Что все на ярмарке ничтожно,

Что закупиться невозможно,

Что сущих вздоров не найдут,

Они бранят и осуждают

Почти что каждый магазин,

Покупками обременяют

Московских опытных кузин;

Когдаж случается, порою,

В какой уезде им залетать,

Они готовы хохотать

Над деревенскою простотою,

И на сарказмы их тотчас,

Уездного смиренья глас

Визжит известными словами:

«Куда нам, матушка, за вами,

Вить вы губернские, а мы,

Не света жители, а тьмы!

Здесь часто книги покупают,

Хотя не многие читают,

Но есть охотники до них

Из переплетов дорогих,

Они их мебелью считают:

Наставив полочки под ряд,

Людей обманывая мненье

Прослыть учеными хотят,

Накинут маску просвещенья

И, в недвижимое именье

Библиотеку обратят.

Однакожь полно, мы в уезде,

Теперь стараются скорей

При окончательном разъезде

Дешевых накупить вещей.

Опять народ и волнованье

И больше прежнего шумят;

Все на последнее прощанье

Толпой огромною спешат.