Оберег от испанской страсти

– Пока никто не звонил. Что у меня на голове после купания в бассейне?

Рина махнула рукой:

– Как обычно! Волосы дыбом.

– Я всегда укладываю их феном, – вздохнула я.

– А они опять дыбом встают, – не сдалась свекровь. – Не переживай, главное не то, что на голове, а ее содержимое, ум! Вот прямо сейчас начну нормальный трактир искать. Довези меня до машины, я бросила ее в начале парковки.

Я нажала на педаль газа, проехала метров двадцать…

– Стоп, – скомандовала свекровь, выскочила из джипа и скачками понеслась к своей голубой малолитражке, на дверцах которой красовались портреты наших французских бульдогов Мози, Роки и кота британской породы по имени Альберт Кузьмич.

Я вмиг добралась до офиса, поднялась в свой кабинет и спросила у Димона:

– Что-нибудь узнал о сладкой парочке, Анне и Константине?

– Я нарыл разное, – ответил Коробков. – Куда ты подевалась? Только не ври про обед.

– И не собиралась сказки сочинять, – улыбнулась я. – Никак ресторан для юбилея Ивана не найдем, ты же помнишь, что праздник – секрет для него.

– Трактиров в Москве сотни, – удивился Димон, – проще задачи нет.

– Я так же думала, – пригорюнилась я, – но времени совсем нет, а воз и ныне там. Так что у нас с Лавровой?

Коробков открыл свой ноутбук.

– Ну для начала ей намного больше лет, чем она сказала.

– В прессе сообщили, что певице двадцать с небольшим, – напомнила я.

– Врушка она, – усмехнулся Димон, – но фантазии о возрасте меня не удивляют. Многие розовые бутончики при детальном изучении оказываются пожухшими кактусами.

Ложь о возрасте невинна и объяснима. А вот сказки о родителях-гадах настораживают.

– Так, – протянула я, – продолжай.

Димон начал доклад:

– Помнишь, Игров заявил, что никакой информации о биографии Анны у него нет? Она ничего о себе не сообщила, пригрозила уйти, если продюсер будет требовать сведения о личной жизни. Но на сайте звезды выложен рассказ об ее детстве. Слезы текут по щекам, когда его читаешь. Новорожденную девочку, завернутую в рваную тряпку, нашли на ступеньках приюта.

Кто произвел ее на свет, неизвестно. С ранних лет малышка проявляла интерес к пению и игре на музыкальных инструментах. В год она играла на детском ксилофоне, потом потянулась к роялю. Директор интерната, злой человек, запрещал воспитаннице трогать музыкальные инструменты.

– Почему? – удивилась я.

– Боялся, что она их сломает, – ухмыльнулся Димон, – поэтому Аня ночью шла в кладовку и там играла.