Ночной клуб на Лысой горе

Рассказчица тяжело вздохнула, будто снова переживая неудачу в своих поисках.

– Я ужасно расстроилась. Потом спросила: «Я часто беседовала и с ним, и с членами его семьи, в том числе по городскому номеру. Как же такое получалось, если они не в России?» Вероника пояснила: «Так они только что отбыли. А квартиру сдали. Не звони больше туда, не беспокой посторонних людей». Потом Ника дала мне компьютер и предложила: «Посмотри, какие женихи тут есть, пока я в магазин схожу». И убежала. А мне через десять минут скучно стало – мужчины все противные были, старые, лысые.

Вышла во двор, смотрю – Маневин идет с собакой! Я прямо онемела. Ну этого не может быть! Профессор в Ложкине живет? Невероятно! Скорее всего, это не он, просто похожий человек. Я крикнула: «Добрый день, господин Маневин, как дела?» Мужчина остановился, улыбнулся. «Здравствуйте. Рад вас видеть. Все прекрасно. Вот, псина наша, как обычно, через забор перелезла и удрала. Еле поймал ее. Хорошего вам дня». И в дом вошел. А я так растерялась, что онемела, разговор продолжить не смогла. Потом очнулась, оделась и к вам кинулась. Видела ведь, в какой дом Маневин вошел, – улица-то прямая, я заметила, какую калитку он открыл.

– Мафи любит удирать и через забор ловко перелезает, – пробормотала я. – А мой муж человек вежливый, всегда скажет пару приветливых фраз, если с ним здороваются.

– Выходит, знакомый Вероники ошибся, – продолжала Марфа, – не уезжали вы за рубеж. Очевидно, профессор не хочет ни с кем общаться. Но мне-то очень надо! Правда, Анастасия Задуйветерврылокашу…

– Кто? – подпрыгнула я.

– Личный секретарь профессора, Анастасия, – пояснила Марфа. – Фамилия у нее смешная – Задуйветерврылокашу.

– Задуйветервносчай, – машинально поправила я.

– Ой, точно! – смутилась гостья. – Она организует консультации самого профессора и ваши. Дарья, вы мне чайку не нальете?

– Мои? – изумилась я и пошла к чайнику. Взяла с полки белую чашку, наполнила ее напитком и подала гостье.

– Спасибо, – улыбнулась Медведева. – Ну да, вы же ведьма, поэтому и работаете с мужем.

Дегтярев издал всхлип. Затем выдал:

– Дарья не просто колдунья, она главарь шабаша.

Я разозлилась на полковника. Ну разве можно так шутить с психически больной женщиной? Феликс с Романом уже повеселились один раз, и вон что получилось.

– Знаю, – прошептала Марфа. – Вы шикарная Баба-яга, лучше всех научите меня ведьминской науке. Вот я и говорю: хочу очно обучаться в Академии магии. А мне отвечают: «Такой нет».