Рваные валенки мадам Помпадур

– Ты должна жить ради дочери, – строго сказала я, – и необходимо сделать все ради ее спасения. Иди сдавать анализ.

– У меня «желудочная волчица», – занудила Люба.

– Твой муж знает о болезни? – спросила я.

– Нет, – прошептала Доброва.

Я задала ставший уже традиционным вопрос:

– Почему?

Люба схватила меня за руку:

– Он уйдет! Понимаешь, в нашем браке есть некоторые нюансы.

– В любой семье есть нюансы, – вздохнула я, – многие пары ссорятся из-за денег. Мужья упрекают жен в неумении вести хозяйство.

– Нет, с этим у нас порядок, – воскликнула Люба, – Ваня дает мне деньги, четко оговоренную сумму, я в нее укладываюсь. Он никогда не проверяет счета, доверяет мне целиком и полностью. Хотя Иван не умеет пользоваться компьютером, а я веду домашнюю бухгалтерию в электронном виде.

– Бизнесмен без Интернета? – поразилась я.

Люба кивнула:

– Он никак не может освоить даже элементарные действия: не способен ни отправить, ни получить имейл. Вся эта работа лежит на его сотрудниках.

– Странно, – пожала я плечами.

– У каждого свои заморочки, – вздохнула Любовь, – я, например, не смотрю ни телик, ни диски.

– Даже новости? – снова удивилась я.

– Что в них хорошего? – спросила Доброва. – Одна чернуха. Нет, у нас не бытовые разногласия. Ваня понимает мою нелюбовь к голубому экрану, я иногда помогаю ему, лезу, допустим, в Яндекс. Но Ваня помешан на здоровье, это его фетиш. И он очень следит за Надей. Возьмем, например, зубную пасту – у нас дома только «Нокко», Надя ее ненавидит, но куда деваться? Папа над душой стоит, сам из тюбика на щетку полоску выдавливает.

Я «Нокко» пользоваться не смогла. Да еще у меня аллергия на ромашку, а ее в средстве много. Купила себе «Дантин» и спрятала в шкафчике под рукомойником, чтобы у Надюши на глазах не маячил. Ну заглючило мужа на пасте! Мыло, гель, шампунь он девочке любые разрешает, а пасту нет! «Дантин» у меня быстро заканчивается, я даже думать стала, что Иван сам им втихаря пользуется, просто не признается. Ваня боится болезней – если поймет, что я нездорова, уйдет от меня. Сто процентов.

– Полагаешь, Иван такой мерзавец, что бросит жену и умирающую дочь? – спросила я. – Странно жить с человеком и до такой степени не доверять ему.

Доброва протянула руку к упаковке бумажных салфеток.

– Когда скончалась Галя, люди, конечно, вспомнили про предсказание. Большинство, как и ты, посчитало кончину Бутровой простым совпадением. А вот когда умерла Майя, в музее началась настоящая паника.