Древние греки. Философия на салфетке

Святого спрашивали, как дойти до соседнего села, он отвечал, что про село не знает, зато ему известен путь на небеса. Реакции христианских служанок мало отличались от реакций служанок греческих…

Когда Фалесу надоело, что его обвиняют в бедности, а его любимую философию в бесполезности, он вычислил по небесным приметам, что лето будет урожайным, скупил все маслодавильни в округе и после сбора оливок разбогател, сдавая свои приобретения в аренду.

Семьи у него не было.

Когда мама говорила ему: «Фалес женись», он отвечал: «Еще слишком рано». А на очередное приставание ответил: «Уже слишком поздно». Солону же свое нежелание вступать в брак и рожать детей Фалес объяснил страхом перед потерями…

Знаменитая идея о познании себя встречается уже у Фалеса. На вопрос: «Что трудно?» он ответил: «Познать самого себя».

Видимо, от этих трудностей и от жизни в целом он устал и пришел к выводу, что жизнь и смерть – одно и то же.

«Почему же ты не умираешь?» – спрашивали его. «Потому что нет никакой разницы».

Неужели Фалес оказался бесстрашнее Ахиллеса, горестно взывавшего: «Матерь, почто породила меня ты на свет краткодневным?»? Или не зря он все-таки провел жизнь в размышлениях…

Путь мысли

Первое и основное – оставим мысль, что Фалес видит и воспринимает мир, как мы. Мы читаем его биографию (назовем это так), и нам кажется – о, наш человек! Все ж то же самое – торговал, путешествовал, о звездах думал, жениться не хотел.

Да, он такой же!

Но он не такой!

Что мы знаем о божественном мире греков? Только то, что нафантазировали материалисты минувших эпох – эпох, утративших сакральное. Каким на самом деле был этот мир для населявших его, мы никогда не сможем понять до конца. Но мы бы назвали его сказочным и чудесным! Этот мир был полон иных сил, с которыми человек мог вступить в контакт.

Сюда прибавим все вышеперечисленные факторы возникновения философии и подытожим, что возникновение такого феномена как Фалес Милетский связано не только с его природным умом и любознательностью, но с рядом внешних факторов, позволивших ему этим умом воспользоваться и эту любознательность удовлетворить. И нам нужно смириться, что в его концепции с необходимостью должны были присутствовать «сказочность» и божественность.