Старуха Кристи – отдыхает!

– Да забудь о стекляшке, – отмахнулась женщина лет сорока, – главное, жива осталась. Ну и шустрая ты, другая бы упала.

– И даже торт не помяла, – обрадованно воскликнула девушка в розовой кофточке.

Я посмотрела на коробку. Действительно, вот смешно, я неслась по дороге, пыталась убежать от смерти, а лакомство не выронила. Торт в целости и сохранности пережил приключение.

– Спокойно, граждане, – заявил один из милиционеров, – давайте по порядку.

Через десять минут выяснилось, что описать машину не может никто.

– Номер запомнили? – спросил представитель правоохранительных органов.

Я растерянно помотала головой.

– Нет, я просто убегала прочь.

– Кто за рулем сидел, – настаивал патрульный, – описать способны?

Я пожала плечами:

– Человек…

– Ясное дело, не кролик, – вздохнул сержант, – мужчина, женщина?

– Не знаю, вот цвет помню: черный автомобиль, – промямлила я.

– Не, – влезла в разговор одна из продавщиц, – просто жутко грязный, зеленый он был.

– Ты чего, Ната, – вступила другая девушка, – красный, я четко видела.

– Зеленый, – настаивала Ната.

– Красный.

– Зеленый!

– Красный!!! И не «ВАЗ» вовсе, а иномарка.

– Зеленые «Жигули», грязные до жути, – настаивала Ната.

– Красная иномарка, а вот что грязная, так это точно.

– Хорошо, хоть вы обе уверены, что тачка была немытой, – усмехнулся дознаватель.

– Извините, – ожила я, – ничего не запомнила.

– Обычное дело, – отмахнулся парень, – не зря говорят: врет, как свидетель.

– Меня хотели убить, – выдохнула я.

Милиционер улыбнулся.

– У вас миллион в швейцарском банке?

– Нет, – растерянно ответила я, – я совсем не богата, а при чем тут деньги?

– Зачем вас жизни лишать, если наследство не оставите, – улыбнулся парень. – Водитель был или пьяный, или обкуренный, сейчас, к сожалению, таких полным-полно. А может, в карты проиграл.

– Как это? – полюбопытствовала Ната.

Патрульный закрыл планшет, в который записывал показания свидетелей.

– Очень просто, собрались братки повеселиться, разбросали картишки, а на кон поставили чью-то жизнь. Ну, договорились, тот, кто проиграет, должен задавить на улице первого попавшегося.

– Какой ужас, – помертвевшими губами прошептала я.

– Отморозки, – спокойно ответил милиционер, – вам повезло, что в витрину вошли, вот только поцарапались чуток, а могли сейчас в мешке лежать, так что бога благодарите, считайте, родились второй раз.

К Этти я не пошла.