Страсти-мордасти рогоносца

Тут-то и выяснилось, что Нине всего лишь семнадцать… То есть она обманула Юру, сказав в день знакомства, что справила девятнадцатилетие, на самом деле ей тогда едва стукнуло пятнадцать, просто она выглядела старше своего возраста. Наверное, старшие Ткачевы перепугались – ситуация попахивала уголовным кодексом, статьей о совращении малолетних. Но Тихон Матвеевич извернулся – смог поменять Ниночке паспорт, прибавив будущей невестке три года. Как ко всему случившемуся отнеслась мать девицы? А никак. Она пила горькую, дочь ее вообще не интересовала.

Поменяв паспорт Нине, старшие Ткачевы, по словам Юры, повели себя отвратительно. Каждый день они напоминали молодым людям, готовящимся стать родителями, что им пора подать заявление в загс и по-тихому расписаться. Ну неужели жадные Тихон и Антонина не понимают, что Ниночка хочет белое платье, фату и трехдневный праздник с толпой гостей и весельем до упаду? Причем ведь у мерзких стариков имелись деньги! Но Антонина (вот же зануда!) заявила:

– Лучше потратить средства не на гулянку, а на роды и покупку всего необходимого для младенца.

Нина разозлилась и поставила условие: или роскошная свадьба, или она не идет в загс…

Можно я больше не стану пересказывать вам то, что говорили мне, перебивая друг друга, младшие Ткачевы? Думаю, все ясно, и вы по достоинству оцените терпение Тихона и Антонины, которые содержали двух балбесов и внучку до того момента, когда Нина с Юрой наконец-то решили пожениться. Свете исполнилось пять лет, и ее родители вновь потребовали пышного праздника.

Но не для девочки. Для себя. Услышав, сколько денег требуется на свадьбу, Тихон Матвеевич сказал твердо:

– Нет!

Сын налетел на отца с упреками, разразился скандал, во время которого представители старшего поколения сказали представителям младшего все, что о них думают, и велели деткам съезжать с квартиры. Нина с Юрой перепугались, поскольку ни разу не видели Тихона и Антонину в таком бешенстве. Решив переждать бурю, они уехали на неделю на дачу к друзьям.

Маленькую Свету они по привычке оставили на попечение бабушки-дедушки, не спросив, естественно, хотят ли те возиться с внучкой.

Веселая парочка полагала, что старики позлятся-позлятся, остынут, и все будет, как прежде. Но получилось иначе. Когда Юра и Нина попытались войти в родительскую квартиру, им это не удалось, потому что ключ не подходил к замку. Через крепко запертую дверь Антонина объявила:

– Ваши вещи в комнате Нины в коммуналке. Светлана там же.