Страстная ночь в зоопарке

Ну, согласитесь, странно называть харчевню, раскинувшуюся на берегу реки с дерьмом, «Розовый куст»!

Но хватит стоять у входа! Откроем шикарную дверь, украшенную инкрустацией. Осторожно! Под первым впечатлением, вы, полагая, что она вырублена из цельного массива дуба, рванули ее что есть силы и… влетели в стену. Ба! Дуб-то из фанеры! Медальоны пластиковые! Пустячок, а неприятно!

Все отрицательные эмоции отступают, когда ваш взгляд натолкнется на люстры. Муранское стекло! Венецианский хрусталь! Роскошь дворца! Шикарные ковры!

Ну-ну, не падайте от восторга.

Это тоже небольшое надувательство. Конструкция под потолком из пластика, а половик на полу – плод труда африканских женщин, состряпан в полутемном подвале подпольной фабрики, коих много на Черном континенте. Красная цена ему – доллар за километр.

Забудем об оформлении, об отбитой раковине в мужском туалете, отсутствии мыла в женском и заглянем в меню. Поверьте, вас ожидают ошеломительные открытия…»

Роберт посмотрел на меня поверх страниц.

– Дальше читать?

– Пожалуй, не стоит, – засмеялась я, – вездесущий парень умудрился заглянуть даже в дамскую комнату? Кстати, у него странное имя.

Роб захлопнул томик и отнес его на место.

– Сокращение от «зануда». Журналиста случайно так назвала крошечная дочка одного из рестораторов, которая, увидев, как он входит в папино заведение, заорала:

– Внимание! Нуди приехал!

Критик расстроился, что девочка его вычислила, и сказал ей:

– Я Эдуард.

– Нет, – уперлась малышка. – Вчера папа сказал маме: «Мне посоветовали быть осторожнее! Нуди шарит поблизости!»

– Нуди? – удивился Эдуард. – С чего он меня так величает?

– Потому что вы такой нуди! – воскликнула крошка. – Ко всем приезжаете и нудничаете, нудничаете и повсюду лазаете!

На этой фразе из глубины заведения вышла хозяйка, схватила дочь на руки и застрекотала:

– Мадлена не понимает, что говорит! Она еще крошка!

– Папа, – послышался во дворе голос мальчика-подростка, – Томас звонил, предупредил, что к нам Зануда направился.

Хозяйка стала похожа на сочный азербайджанский помидор, а Эдуард сообразил, что девочка исковеркала слово «Зануда».

Надо отдать должное критику, он обладает чувством юмора. Девочка развеселила Эдуарда, и он начал подписывать свои статьи «Нуди». Прозвище моментально к нему прилипло, и все сразу забыли, что вообще-то его при рождении окрестили Эдуардом.