Тайная связь его величества

Поскольку объем бедер девочки оказался, как у некрупной кошки, то я смело предположил, что пышные перси не генетический подарок от мамы, а дело рук безответственного пластического хирурга, решившего заработать и потому наплевавшего на то, что кузнечик с грудью коровы выглядит смешно и нелепо. Очевидно, тот же рвач поработал и над личиком, которое, если смыть с него три кило макияжа, вполне может выглядеть мило. Но доктор сделал дурочке губы-оладьи и добился чудовищного в самом прямом смысле слова эффекта. На фоне рта и бюста здоровенная серьга в пупке, смахивающая на строительный болт, уже не производила шокирующего впечатления, более того, показалась мне вполне уместной, так как дополняла образ.

Ноги гостьи обтягивали лаковые сапожки на очень высоких каблуках, цвета пожарной машины. Их мыски были вырезаны, и наружу торчали красивые пальчики, радующие взор ядовито-зеленым лаком на ногтях. Маникюр тоже был выше всяких похвал – ярко-алые когти длиной сантиметров пять хищно загибались вниз. Добавьте сюда штук десять разнокалиберных бус на тощей шейке, браслеты на каждом запястье, серьги, оттянувшие уши почти до ключиц, многочисленные кольца на пальцах, свисавшие до пояса волосы цвета майонеза – и вы поймете, по какой причине я лишился дара речи.

– Ну, кто к нам пришел? – тоном воспитательницы детского сада, куда на утренник приехал Дед Мороз, загудел Кирилл. – Скажите, как ее зовут?

– Бу-ра-ти-но? – почему-то вспомнился мне детский фильм.

– Гульнара? – предположила Тефи.

– Мама! – подпрыгнул младший сын.

 – С чего тебе в голову пришло такое идиотство?

– Ну, милая девочка одета как исполнительница… э… восточных танцев, – попыталась объяснить Стефания Теодоровна.

Кирилл сложил руки на груди.

– Ха-ха! Да ладно тебе! Только человек, который живет в подвале, не выходит на улицу, не смотрит телик, не слушает радио, или Маугли не узнает певицу и телеведущую Ежика!

– Здрассти, – приятным сопрано сказала девушка.

Игорь снял очки, протер их рукавом пуловера и вновь водрузил на нос.

Вера, до сих пор полулежавшая в кресле без движения, села. Я глупо заулыбался. Стефания же Теодоровна радостно сказала:

– Рада вас видеть, дорогая, в своем доме. Не желаете кофейку? Сейчас включу машинку. Верочка, не суетись, тебе лучше отдохнуть.

– На кухню нельзя, – тут же напомнил я.

– Ах да! – опомнилась хозяйка. – Видите ли… э… э… у нас… э… э… потолок упал. Соседи сверху начали ремонт, уронили шкаф, а в нем лежали чугунные тумбы.