Шопинг в воздушном замке

Закидывай ногу.

– Она не поднимается.

– Постарайся!

– Не получается!

– Мотя, не кривляйся, – сурово приказал Исидор, – соберись!

– Хорошо, – кивнул старик, он медленно водрузил правую ногу в салон, потянул вверх левую и замер.

– Ну? – занервничал Сидя. – Как?

– Не идет! – пискнул Мотя.

– Кто?

– Нога. Левая, задняя, – уточнил Матвей.

– Покажи мне свои передние ноги, – рассмеялся Исидор, – давай лезь.

– Никак!

– Не капризничай!

– Ей-богу, не получается!

– Хорошо, выходи, сядешь впереди.

– Не получается!

– Вот заладил... Верни ногу на асфальт!

– В спину вступило! Радикулит схватил! Машина очень маленькая!

– Как тебе не стыдно, Мотя? – с чувством произнес Исидор. – Девочка мало зарабатывает, небось еле-еле на горбатый «Запорожец» наскребла, а ты выпендриваешься!

– Это не «Запорожец», – поправила его я и тут же пожалела о своих словах.

– Да ну? А что это за таратайка? – прищурился Исидор.

– В «Чайке» просторней, – вдруг заявил Матвей, избавив меня от необходимости отвечать.

– Я глупостей не запоминаю, – отмахнулся Исидор. – Ну так что, Липа, будем с ним делать?

– Меня зовут Лика.

– Лика, толкай Матвея в постамент, а я его за руки дерну, – предложил Исидор. – Ну! Айн, цвай, драй! Тянем, потянем...

– Господи помилуй! – заорал Мотя, но все же очутился на сиденье.

Глава 7

По дороге старики обсуждали какую-то проблему из области то ли математики, то ли физики. Мне показалось, что они общаются на китайском языке, поэтому я перестала вслушиваться в разговор, сосредоточив все внимание на дороге. Вдруг Исидор воскликнул:

– Очки!

– Где они? – удивился Матвей.

– Вернее будет спросить, почему их нет, – ответил друг.

– Где? – повторил Мотя.

– На твоем носу, – уточнил Исидор. – Ты забыл окуляры дома?

– Ах и правда, – спохватился Матвей.

– Не ври! – строго сказал Сидя. – Думаю, ты специально их не прихватил.

– Что ты! – фальшиво возмутился Матвей. – Приготовил футляр честь по чести и оставил его в прихожей.

– Ха! У тебя же ужасный минус, который, несмотря на старческую дальнозоркость, не стал плюсом, – засмеялся математик.

– Зачем употреблять в отношении меня слово «старческий»? – обиделся Матвей.