Дьявол в поэзии

Дьявол в поэзии

Игнаций Матушевский

В этой книге имеется подзаголовок, поясняющий, что здесь представлены история и психология фигур, олицетворяющих зло в изящной словесности всех народов и веков. Автор её, польский литературовед Игнаций Матушевский (1858-1919) определил жанровую принадлежность своей книги как «Этюд по сравнительной истории литературы». Но на самом деле обзор её гораздо шире. Данная монография – первая попытка исследования поэзии и эстетики демонизма, определения законов, которым подчинялась эволюция типов дьявола в истории изящной литературы всего мира.

Игнаций Матушевский

Дьявол в поэзии

Перевод со второго, дополненного и переработанного, издания

Вступление

Мир фантазии, равно как и мир действительности, подчиняется известным законам: он возникает, развивается и преображается по неизменным правилам, а населяющие его существа, равно как и люди и существа земные, обладают своею, – вернее, своими историями.

Деяния этого фантастического мира, замкнутые в разных мифологиях, преданиях, песнях, поэмах и т. д., очень богаты и составляют одну из важнейших глав гигантской книги человеческого интеллекта, в которую одно поколение, вслед за другим, в течение ряда веков, слагало:

«Понятий нити, мыслей ткани

И чувства свежие цветы…»

Из этой главы мы попробуем прочитать лишь несколько страниц, касающихся жизни и развития одного из любопытнейших и могущественнейших созданий сверхчувственной области, а именно – сатаны.

Сатана – название это мы употребляем здесь в самом общем значении, как синоним всяческой персонификация зла, – сатана в истории человеческой цивилизации сыграл не последнюю роль; его история так обширна, что сколько-нибудь точное изложение её заняло бы несколько томов; в настоящем этюде мы займемся единственно историей сатаны в изящной литературе, входя в другие области лишь постольку, поскольку это будет необходимо для ясности изложения.

Кто желал бы познакомиться ближе с догматико-религиозной стороной вопроса, тот пусть обратится к произведениям теологов и историков религии, ибо мы не станем разбирать здесь внутренней стороны зла а попытаемся лишь показать, в какие конкретные формы воображение поэтов и народов отливало это понятие в разные эпохи и на различных пунктах земного шара.