Венок из железных одуванчиков

Директор любил Миронова не только за его работу в театре, он намного больше ценил спортивные успехи уборщика, который никогда не брал в руки тряпку. А потом и в театральном вузе сообразили, что им нужен мастер спорта, и Павел наконец-то стал студентом. На Екатерине он женился не в самой ранней молодости – семью он создал на пороге тридцатилетия, и почти сразу родился Юра.

Жила молодая ячейка общества очень хорошо, обеспеченно. Когда Юрий стал подростком, мир узнал про компьютеры и мобильные телефоны. Мальчик появился на свет, когда отец уже окончил институт, пытался организовать свой театр и активно выступал на соревнованиях, Катя занималась воспитанием сына.

Муж приносил в семью деньги, жена не обременяла его другими заботами. Когда пареньку стукнуло тринадцать, мать разрешила ему ходить в компьютерный салон и там сидеть у монитора.

Глава вторая

Юра усмехнулся.

– Папа меня воспитывал урывками. Он участвовал в соревнованиях, ставил спектакли. Его не интересовало ничего, кроме театра и штанги.

А я был тихим книжным червем, который терпеть не мог физкультуру, а на спектаклях начинал мучиться головной болью. На радость мне мама тогда работала медсестрой в детской поликлинике, поэтому я приносил в школу справки, и физкультурник ко мне не придирался. До поры до времени все шло отлично, а потом отец увидел, что в дневнике у сына в четверти, как всегда, стоят одни пятерки, а по физкультуре две буквы – Н.А. «Почему ты не аттестован по спорту?» – изумился Павел. Я забормотал что-то маловразумительное, и на свет вылупилась истина: я терпеть не могу бегать, прыгать и носиться с мячом. Разразился страшный скандал. Павел чуть не развелся с женой, обвинил ее в неумении воспитывать сына, хлопнул дверью и не показывался дома неделю. Катя испугалась, попросила меня проявить интерес хоть к какому-то виду спорта. Ну и когда отец вернулся домой, я уже начал заниматься плаванием. После тренировки я мигом уносился домой, волосы никогда не сушил феном. Плескаться в воде терпеть не мог, от одного ее запаха тошнило. Но бассейн находился рядом с домом, а для занятий легкой атлетикой, борьбой, штангой пришлось бы кататься на другой конец города. Конечно, я мог отказаться от тренировок, но жалел маму, с которой у отца, когда я начал изображать из себя Ихтиандра, восстановились ласковые отношения. Я понимал: едва признаюсь, что ненавижу плавание, – папа вмиг начнет скандалить. Ради мира в семье я каждый день мучился в бассейне.