Вечный двигатель маразма

Вот не стоит снимать тринадцатое помещение в доме с тем же номером, тотально не повезет. Я бы на их месте поостерегся.

– Просто надо завести черного кота, – совершенно серьезно сказал Степан, – он нейтрализует все плохое.

– Правда? – удивился Шкатулкин. – Впервые об этом слышу.

– Ты еще молодой, – заявил начальник, пряча улыбку, – много чего не знаешь. Любовь Сергеевна, мы непременно разберемся, кто использовал имя Арины Виоловой. Это теперь и наше личное дело.

Глава 5

Примерно через час Степа, я и Юра сидели в кафе и обсуждали меню.

– Спагетти с белыми грибами в сливочном соусе, – обрадовалась я.

– Тысяча двести калорий. Дневная норма, – тихо сказал мужской голос.

Я удивилась.

– Степа! Ты озаботился количеством моей еды? По-твоему, я растолстела?

– В жизни не видел жирного комара, – рассмеялся муж. – С чем связан твой вопрос?

– Удивилась замечанию про калории, – пояснила я, – ранее ты никогда ничего подобного мне не говорил.

– Кто? – не понял Степа.

– Ты, – повторила я. – Я сказала: «Спагетти в сливочном соусе!» И услышала в ответ: «Тысяча двести калорий, дневная норма».

Муж изумился.

– Понятия не имею о калориях! Никогда их не считаю.

– Понимаешь теперь, почему я поразилась?

– Я не говорил ни слова, – возразил супруг, – молча меню читал. Наверное, Юрка решил подшутить. Вечно у него голова всякой лабудой забита. Эй! Ау! Шкатулкин!

Парень оторвался от ноутбука.

– Да? Что случилось?

Я махнула рукой.

– Ничего! Мы в кафе.

Оторвись от экрана. И не пугай меня сообщением о…

– Слушай, в твоем классе было всего двадцать пять человек, – перебил меня Юра. – И тринадцать из них на данное время уже умерло, причем не своей смертью.

– В годы моего детства район, где я жила, считался весьма неблагонадежным, – вздохнула я, – бараки плюс пятиэтажки самой дешевой серии. В округе было несколько учебных заведений. Наше располагалось в центре микрорайона, который местные называли «гадюкинский квартал».

Это было самое дно. Ниже падать некуда. У большинства ребят не было отцов, они спились, сидели на зонах, умерли от наркотиков, алкоголизма. Кое-кого воспитывали бабушки, потому что мамаши, как, например, моя, сбежали из семьи или оказались там же, где и отцы. Милиция к нам во двор прикатывала несколько раз в день. Шесть домов стояло прямоугольником, внутри был двор. Что у нас там творилось по выходным и праздникам! Утром-днем тишина, только дети носятся.