Версаль под хохлому

Ни куст, ни дерево не ощущают боль, тоску или страх. Но я на секунду представила себе, что являюсь вот этим деревцем, жила в квартире, меня любили, а потом бац – выгнали. Глупо, конечно, но я от всего сердца посочувствовала погибающему, взяла горшок, отнесла в ванную, тщательно полила землю, а затем установила его в кухне на окне. Я никогда не разводила комнатные растения и терпеть не могу букеты. Все мои знакомые знают: чтобы сделать мне приятное, надо не цветы дарить, а принести коробочку шоколадных конфет.

Сама не понимая, что подвигло меня на «усыновление» сироты, я наконец отправилась на службу.

С неба сыпалась колкая ледяная крупа, но я не успела замерзнуть, потому что, выйдя из подъезда, сразу завернула за угол, перешла дорогу и очутилась у входа в офис. Мало кому известно, что в неприметном, невысоком доме, безо всякой вывески у двери, находится штаб-квартира бригады, занимающейся расследованием особо запутанных дел.

Первой мне в коридоре попалась Лиза, она радостно заявила:

– Молодец, ты первая!

– Неужели и Костика нет? – поразилась я.

– Он не считается, – ответила Лизавета. – Костя тут корни пустил.

И это правда. Наш Константин – человек-компьютер, мужчина-айпад, симбиоз программиста и кучи гаджетов. Где Антон Котов[2 - О том, как Таня Сергеева оказалась в бригаде Антона Котова, читайте в книге Дарьи Донцовой «Шекспир курит в сторонке», издательство «Эксмо».], начальник бригады, отрыл парня, я понятия не имею. У нас не любят рассказывать подробности своей биографии, но я подозреваю, что Антон нашел юное дарование еще в детском саду, тщательно за ним присматривал, а потом, когда добру молодцу исполнилось лет двенадцать, привел его в офис.

Хотя умом-то я понимаю, что Рыкову все-таки стукнуло восемнадцать, иначе бы он не имел права на полный рабочий день. Просто выглядит Костик подростком. И всегда одинаково одет – в замызганные джинсы, кроссовки и майку. Правда, иногда он натягивает поверх нее безразмерный свитер, а на голову черную бейсболку. Полагаю, семьи у Кости нет. Придешь на работу в шесть утра, он возится со своими компьютерами. Уходишь за полночь – он сидит. В офисе есть три комнаты для отдыха. Вернее, их было три – теперь одна навсегда оккупирована Костей. По-моему, Рыков вообще не покидает контору. Во всяком случае, я никогда не видела его на улице и не слышала от него слов: «Вчера после работы сходил в кино».

– Таня на месте? Отлично! – сказал Антон, выходя из лифта в сопровождении незнакомой мне женщины.