Закон молодильного яблочка

 – Хм, согласилась не пойми у кого полы мыть… Забыла, что ты известная личность, Арина Виолова? Черт-те что прямо! Ну, Валентина, ну, погоди, я вернусь, услышишь ты тогда ласковое слово…

– Сама могу с человеком сурово побеседовать, разберусь с Федякиной! – воскликнула я.

– Ага, уже разобралась, – не успокаивался Степа. – Швабру с собой везешь или на месте выдадут?

– Лечу на ней, – хихикнула я.

– О! Удобно, пробок нет, – процедил Дмитриев. – Вот как тебя одну оставить? Мигом глупостей натворишь!

– Эмма инвалид, – остановила я Степана, – прикована к креслу.

У нее есть компаньонка с необычным именем Франция Германовна, которая ухаживает за госпожой Крамовой, но с шести до десяти вечера сиделки нет. Поэтому на это время ей требуется домработница – чай подать, например, что-то купить сбегать. Я решительно отказывалась от роли, которую навязывала мне Федякина, но когда Валя сказала, что парализованная Крамова останется одна, а вдруг пожар…

– Дальше можешь не продолжать, – остановил меня Степа.

– Это всего будет пару раз, – забубнила я. – А еще мне сегодня пришлось дважды давать показания полицейским. Один оказался полным идиотом, второй произвел хорошее впечатление.

– Ты украла в трамвае кошелек, а когда тебя высадили, спустилась в метро, начала стрелять в окружающих чернилами из водяного пистолета и была задержана? – предположил Степан.

– Хорошая идея. И почему она мне раньше в голову не пришла? – парировала я. – Нет, повод был другой.

Я зашла в кафе, за соседним столиком мужчина пил эспрессо, потом он вышел на улицу и умер. Похоже, у него инсульт.

– М-да, – долетело из трубки.

Я продолжила:

– А еще женщины в архиве решили полакомиться конфетами. Сотруднице Елене внезапно стало плохо, и ее увезли в больницу. Когда я вернулась из кафе, у заведующей библиотекой начался отек Квинке. К ней тоже приехал доктор. Я вышла в коридор, беседовала с Валентиной, а Вера Васильевна за это время умерла.

Лена тоже не выжила.

– Надеюсь, ты конфеты не пробовала? – забеспокоился Степан.

Я повернула направо и притормозила у шлагбаума, который закрывал въезд во двор.

– Не сочти меня снобкой, но я не ем конфеты, в составе которых есть пальмовое масло, соевый лецитин и еще куча всяких удивительных составляющих. Мне нравится шоколад, в котором какао-масло, какао-бобы и больше никаких других ингредиентов. Ну еще, может, немного сахара.