Россия и мусульманский мир № 9 / 2014

он сформулировал ряд тезисов, цитируемых, как правило, по случаю, но которые сегодня выглядят пророчески:

– осознание различной культурной идентичности определяет модели сплоченности, дезинтеграции и конфликта;

– наиболее масштабные, важные и опасные конфликты произойдут между народами различной культурной идентичности, и они всегда возникают вдоль «линий разлома»;

– относительное влияние Запада снижается;

– универсалистские претензии Запада все чаще приводят к конфликтам;

– русские сплачиваются вокруг символов своей идентичности;

– Украина является расколотой страной с двумя разными культурами, линия разлома проходит прямо по ее центру вот уже несколько столетий;

– конфликт между русскими и украинцами маловероятен, если политические лидеры приложат значительные усилия и избегут давления крайних националистов с обеих сторон;

– вероятным вариантом развития ситуации является раскол Украины по линии разлома на две части; восточная – войдет в состав России;

– вопрос отделения первым поднимется в Крыму;

– «обрезок» униатской и прозападной Украины может стать жизнеспособным при активной и серьезной поддержке Запада, которая может быть оказана только в случае серьезного ухудшения отношений между Россией и Западом вплоть до уровня противостояния времен «холодной войны»;

– Россия и Украина являются стержнем, необходимым для единства православного мира;

– выживание Запада зависит в том числе от принятия мировыми лидерами полицивилизационного характера глобальной политики и сотрудничества для его поддержания [Хантингтон 2003: 11–14, 254–258].

Малкольм Гладуэлл в социологическом бестселлере «Переломный момент» сформулировал ряд закономерностей социальных изменений. Одно из них гласит, что большие перемены следуют за малозаметными событиями, и иногда эти перемены могут быть очень стремительными. Силовой разгон студентов на Майдане ноябрьской ночью 2013 г. вряд ли сам по себе был смертельным для сложившихся глобальных правил, но стал триггером для реального воплощения фукуямовского «конца истории».

Исторический резонанс этого события обрушил институциональную систему соотношения сил, суть политики и идеологии конфликторазрешения (пусть прагматической и циничной), называемой то ли realpolitk, то ли balance of power politics.

Воронка втянула в себя ранее действующие условия, позволяющие сбалансировать силу участников конфликтов – внутренних и международных.