Жена моего мужа

Подойдя к одному из раскрытых окошечек и дождавшись, когда очередная потная тетка сдаст колбасу и сушки, я сунула под решетку паспорт. Толстомордая блондинка залаяла как овчарка:

– Чего паспорт суешь? Тут только продукты, иди в первое окно.

– Глянь на спецразрешение, – тихо шепнула я, загораживая собой обзор.

Бабища раскрыла книжечку, сгребла сто долларов и быстро гавкнула:

– Ну, чего хочешь? Шампунь взять, бритву?

– Нет. Дам еще столько же, если устроишь в поток на свидание, который войдет в полдень.

– Фамилия, имя, отчество, год рождения, – деловито поинтересовалась стражница.

– Максим Андреевич Полянский, 1959-й.

– Топай в башню, – велела «помощница».

Я понеслась в соседний подвал. Ровно в двенадцать огромная железная дверь открылась, и полная тетка принялась выкликать фамилии. Меня вызвали последней.

– Ну? – осведомилась конвойная, когда я приблизилась. Еще одна зеленая бумажка перекочевала в карман гимнастерки, и я пошла по лестнице вверх. Вместе с другими женщинами меня завели в узкую и длинную комнату, разделенную грязноватым стеклом.

По ту сторону уже сидели заключенные. Бабы кинулись искать своих. Я пошла вдоль стекла и увидела похудевшего и осунувшегося Макса.

– Вот что, граждане, – раздался громкий голос.

Все разом перестали причитать и повернулись к двери. На пороге высился здоровенный красномордый парень в камуфляже. В расстегнутом воротнике виднелась тельняшка.

– Кончай базар, гражданочки, свиданки вам сегодня сорок пять минут.

– Почему, сыночек, – заныли тетки, в отличие от меня простоявшие в очереди несколько дней, – час положен.

– Обед у нас, – сообщил тюремщик, – тоже кушать хотим.

– Ну, сыночек, – застонали бабы, – придумай что-нибудь, помоги! Не выгоняй раньше.

– Пользуетесь тем, что я добрый, – вздохнул парень, – так и быть. Сейчас запру всех, а потом вернусь. Но чтоб тихо тут!

– Конечно, конечно, – закричали родственники, – благодетель ты наш!

Мужик хмыкнул и вышел, тут же лязгнул замок. Я схватила телефон:

– Макс!

– Здравствуй, Дашутка, – вяло сказал Полянский, – как это ты сюда прийти решилась?

– Слушай внимательно.

О Нине Андреевне позабочусь – и продукты куплю, и денег дам. Тебе отправлю передачу. Еще придет адвокат. Ты его хорошо знаешь, это мой сын Аркадий.

– Кеша? – изумился бывший супруг. – Он же совсем ребенок!

Я промолчала. Какой смысл сообщать, что «детке» двадцать шесть стукнуло!

– Простите, – сказал кто-то за спиной.

Я обернулась.