Живая вода мертвой царевны

Я опять стала перебирать пожитки Наты и с каждой секундой чувствовала все большее волнение. Получается, что подруга утопала из квартиры босая, голая, без сумки, кошелька и мобильного телефона. Может, ее ночью сонную украли? Вытащили через окно? Нет, это невозможно, квартира на третьем этаже.

Я пробежала по комнатам. Где халат? Розовый, махровый, с принтами в виде мишек? Весной во время распродажи мы с Наткой случайно наткнулись в дорогом магазине на замечательные пеньюары, они лежали в корзинке с объявлением «– 70 % плюс две вещи по цене одной».

Ясное дело, сразу схватили их, но сейчас ни в крохотной спальне, ни на двери ванной халата не обнаружилось. Я перевела дух. А смешные тапочки-зайки? Они куда подевались?

Через пятнадцать минут настойчивых поисков мне стало ясно, что Наталья покинула квартиру, замотавшись в шлафрок и надев на ноги прикольные чуни.

У меня богатое воображение, представив, как Орлова в столь экзотическом наряде входит в аудиторию, где академик Горелов, ее научный руководитель, собирается излагать нечто математически-физическое, я захихикала, но быстро перестала веселиться.

Никто в здравом уме не высунется на улицу в тапках-зайчиках и розовом халатике. Что случилось с Наткой? Надо еще раз внимательно осмотреть квартиру и понять, как Орлова провела вечер воскресенья. Последний раз мы с ней беседовали в пятницу в районе трех часов дня. Я позвонила ей и спросила:

– Пойдешь в кино?

– Не могу, – прошептала Натка, – Яков Миронович назначил на семь консультацию.

– Значит, до вторника не встретимся, я обещала помочь в субботу-воскресенье Белке, а в понедельник вечером прусь на работу, – расстроилась я.

– У меня на выходные свои планы, – сообщила Ната, – ну, понимаешь…

– А-а, – протянула я, – и кто он?

– Суперский парень, красивый, умный, – перечисляла Натка, – не из нашего института.

– Надеюсь, ты не разлюбишь его в воскресенье утром, – уколола я ее. – Где познакомилась с принцем?

– Потом расскажу, – не ответила на вопрос Орлова, – сообщу подробности позднее.

Спустя минут пять я получила эсэмэску. «Сижу в библиотеке. Я влюбилась. Он чудо. Никакого секса на первом свидании. С ним все будет иначе». Сообщение меня нисколечко не удивило. Орлова теряет голову в среднем два раза в месяц, и на мой телефон потоком несутся ее эмоции. «Он чудо! Я влюбилась». Беда в том, что у Наташки гормонов хватит на десять обычных женщин, секс для нее всегда стоит на первом месте.