Золотая середина ослика Иа

Да и зачем заглядывать в него, если и так ясно: Рине одиннадцать, она веселая, смешливая, задорная девочка. Только не подумайте, что мать моего мужа – инфантильная особа. Нет, в ней самым невероятным образом сочетаются детскость и взрослость. Рина умная, добрая, всегда говорит о людях только хорошее. Она болтушка, но умеет держать язык за зубами, готовит так, что я стараюсь не есть нигде, кроме дома. А еще Ирина Леонидовна никогда не делает мне замечаний и всегда поддерживает меня.

– Ну очень нужен совет, – тараторила Рина, – прямо позарез.

У тебя есть хоть какая-то дальняя родня?

– Вроде нет, – ответила я.

– Есть! – подпрыгнула мать Ивана. – Просто вы сто лет не общались! И вот радость! Сегодня пятиюродная племянница шурина деверя третьей жены четвертого брата твоего папы приехала в Москву!

– А-а-а, – протянула я, – есть такая.

– Молодая, очаровательная, воспитанная девушка из глубинки необъятной России, – подсказала Рина. – Вместе с ней…

И тут раздался звонок в дверь.

– Она! – прошептала Рина. – Танюша, ты все поняла?

– Конечно, – кивнула я, – Ивану не надо знать, что девушка к вам приехала. Она моя родня, свалилась мне на голову без предупреждения.

– Нашу семью Ваня до Адама и Евы знает. Он даже родословную составлял, нанимал ученого. А у тебя могут быть всякие дальние по кривой линии, – тараторила свекровь.

Звонок повторился, мы поспешили в прихожую, Рина распахнула дверь и воскликнула:

– Ой! Это ты!

– Здрассти, – произнесла Нинель Михайловна, соседка с верхнего этажа.

 – Какой подъемник вы хотите?

– Что? – хором спросили мы.

– Кого и куда нам надо поднимать? – уточнила мать Ивана.

– Вы не в курсе, что в подъезде любимый всеми, наш наилучший друг лифт умер? – сменила тему нежданная гостья.

– Нет, – ответила я.

Нинель схватилась за стену.

– Ты у нас новенькая! Не наша, кровная, подъездная. А у меня с Гаврилой Гаврилычем столько связано. Он так мне помогал! Любил маленькую Нинельку, ни разу меня не подвел.

Безотказный Гаврила Гаврилович! Когда я узнала, что он скончался… Рыдала неделю! До сих пор гляжу на дверь, слезы из глаз текут. Ой, мне плохо! Воды!

Мы с Риной бодрой рысью кинулись в кухню.

– В какой квартире жил Гаврила Гаврилович? – спросила я у Рины.

Свекровь в это время наливала в стакан минеральную воду.

– Впервые про него слышу.

– Фамилия редкая, – вздохнула я, – Лифт.