Золотое правило Трехпудовочки

«Болтовне» письма Олеси и моего рассказа вполне для серии репортажей хватит. Шикарная реклама для клиники Гвоздевых!» – «Ты этого не сделаешь!» – испугался Юра. «Да ну? – скривилась Нина. – И кто мне помешает?» – «Никто тебе не поверит!» – рявкнул врач. «Ложки нашлись, а осадок остался, – отбила подачу Нина, вспомнив старый анекдот. – А еще скатаю к Степаниде Андреевне и покажу ей это!»

Нина сунула в руку Юры небольшой альбом, врач машинально открыл его и замер. На первой странице красовалось фото: он и Олеся, обнявшись, стоят на фоне фонтана.

Где и кем был сделан снимок, Юра не помнил, но выражение лиц не оставляло ни малейших сомнений в отношении чувств, которые испытывали друг к другу эти двое. «Короче, даю тебе двое суток на раздумья, – заявила Нина, – или забираешь девочку, или я действую по намеченному плану. Интересно, как отреагирует Степанида Андреевна на Аню? И что скажет, прочитав материал в «Болтовне»?»

Несмотря на зрелый возраст и статус главврача крупного медцентра, Юра боялся мать до одури.

Степанида умела так глянуть на проштрафившегося сына, что у того тут же начиналась тахикардия. Впрочем, с учащенным сердцебиением можно справиться при помощи валокордина, гораздо больше Юра боялся доставить маме переживания. Вот почему он примчался к Владе Сергеевне с просьбой: «Возьмите девочку, пусть она живет в детдоме».

Директор попыталась разумно объяснить Юре невозможность этого, но сосед словно с цепи сорвался. Он умолял, чуть не плакал, кивал на не очень крепкое здоровье Степаниды Андреевны, заламывал руки и в конце концов предложил: «Давайте договоримся: вы пригреете Аню, а я обеспечу всем вашим воспитанникам полное обследование здоровья в своем центре, на самой современной диагностической аппаратуре».

Влада Сергеевна решила не упускать шанса и выдвинула встречное требование: «Я займусь устройством судьбы Ани, а ты прикрепишь моих ребят к своей клинике. Это будет не разовая акция, а постоянное наблюдение. Можешь представить это как благотворительность».

Юра скрипнул зубами и согласился. Он смотался в Бодольск, тайком привез Аню в Москву и передал ее соседке. Директор незаметно провела девочку в детдом и сообщила сотрудникам: «Она сидела на крыльце, малышку нам подкинули».

Через пару дней Влада Сергеевна случайно столкнулась у могилы Евдокии с Киселевым и предложила ему удочерить Аню.

Поведав почти без передышки эту историю, она замолчала.

– Но почему именно Киселевы? – удивилась я.