Алиен

Надеюсь, что и умом она выйдет в отца, потому что Аливия дура ещё та, – не изменяя себе, снова выругался Двейн. – Даже не знаю, как Марк клюнул на нее.

Алиен продолжала наблюдать, скрестив ноги на траве. Двейн варил для них чай. Из кастрюли начало приятно пахнуть шиповником и мятой. Поющие в округе птицы снова навели спокойствие и помогли лирой отвлечься. Между деревьями вдали виднелось всё то же рапсовое поле, а солнце ярко осветило всё, что не попадало под тени особняка и растительности. Не очень хорошие новости от Двейна сильно контрастировали со всей обстановкой.

– Они сбежали? – поинтересовалась Алиен.

– Аливия хоть и тупая, но не настолько, – усмехнулся Двейн, разливая чай в кружки. – Она знала, что будет, если сбежит от Марка. Аливия просто поставила его перед фактом. Я говорил Марку запереть ее под замок, чтобы не смела свой рот открывать, но он их сам отпустил…

Алиен взяла кружку, которую передал ей здоровяк, и погрела об нее руки, вдыхая запах шиповника. Она удивилась болтливости и добродушности Двейна.

На первый взгляд он производил впечатление грозного и матерого волка, а на деле оказался достаточно мягкой и любящей посплетничать личностью. Алиен решила, раз она собирается здесь жить, значит, ей нужно узнать больше подробностей об обитателях этого места. Она осознала, что Двейн вполне мог рассказать ей о любом живущем здесь волке.

– А что Ева? – вспомнила она про красивую женщину, которая ухаживала за ней все эти дни.

Двейн прищурился, отпивая чай. Он усмехнулся и тоже присел на траву с другой стороны костра.

– Хочешь узнать подробности интриг этой дьяволом забытой дыры? – хитро спросил он.

– Ты сам это начал, – неожиданно для себя Алиен перешла с Двейном на ты.

Он посмотрел на девушку через горящий костер и снова усмехнулся.

– Ева и Аливия сестры, чтоб их кошки драли, – продолжил Двейн, – Вот только Аливия младшая остолопка, а Ева потаскуха.

Алиен цокнула, приподнимая брови от удивления.

– А ничего хорошего сказать про них нельзя? Мне Ева показалась милой.

– Хорошее тебе про них растреплет Марк, а я выдаю правду-матку, – Двейн выплеснул в костер остатки своего чая и поставил кружку рядом на траву. – Ева от гордости вся вздулась, как набитый мешок с дерьмом. И все из-за того, что заняла место подстилки для Марка после Аливии. Он и Лив давно не считаются парой. Их связывал только их щенок, а Ева, потаскушка, подлизнулась к нему. У Марка мозги набекрень, повелся на нее, хотя видит, что глаза у нее змеиные.