Жизнь после предательства

Нееет…нет…господи, прошу тебя, только не мой любимый, боженька, не допусти этого…– Прошу вас, не молчите…

– Нет, что ты, нет…Игнатка жив…почти…– женщина опустилась на колени и горько заплакала, опустив голову низко к земле, ее плечи сотрясались от рыданий. – Ой, за что же нам такое горе…

– Жив? Слава тебе, Господи! А что же вы тогда плачете? Ну-ка вставайте, пошлите в дом, там все мне расскажите. Давайте, давайте, вставайте… – подняла плачущую женщину и повела ее в дом. – Подождите, не плачьте, а то я ничего понять не могу.

Заходим в дом, усаживаю Надежду Витальевну на диван и бегу за стаканом воды и валерьянкой. Накапав двадцать капель в стакан, добавив туда же водички, отдаю его женщине в руки и слежу, чтобы она выпила все до конца. Она выпила лекарство и надолго застыла в одной поре, глядя куда-то на стену…

– Я пришла к Инге, ты прости, что тебе пришлось это увидеть…– Мама Игната начала оглядываться по сторонам. – Она дома? Мне срочно нужно её увидеть…это вопрос жизни и смерти…пожалуйста…

– Подождите, не волнуйтесь вы так.

Расскажите все по порядку. – меня саму уже начинало колотить, в голове мысли скакали одна быстрее другой…если он жив, то почему она так плачет…и почему ищет Ингу…вопрос…

– Игнат ранен…очень серьезно ранен…ему оторвало ступню на левой ноге…– Надежда Витальевна была под действием успокоительного, поэтому, наверное, говорила спокойно, а может уже свыклась с этой бедой…но меня начало так колотить, что я боялась потерять сознание, поэтому экстренно начала капать в стакан лекарство и для себя.

Мне надо быть с холодной головой, мне нельзя расклеиваться, он в беде, я должна помочь ему…– Я пришла просить Ингу изменить свое решение.

– Какое решение? – я даже перестала капать валерьянку и уставилась на женщину.

– Она бросила моего мальчика, когда узнала, что он теперь калека…

– Вот скотина…извините, пожалуйста, вырвалось…как бросила? И что значит калека? Он что лежачий? Отнялись ноги? – я сама уже начинала мелко истерить.

– Нет, нет. Больше ничего не пострадало. Руки работают, голова, тело…все нормально…только нога…ступню раздробило, не смогли спасти. Уже почти две недели в госпитале лежит…Просто…он жить не хочет, она его бросила…совсем…я хотела ее попросить, чтобы она вернулась, чтобы сделала вид, что любит его, а то он вообще духом упал. Где она? – женщина начала снова оглядываться в поисках моей сестры.