Предназначение

Лежа с открытыми глазами, я вспоминал о прекрасно проведенном времени и неторопливо размышлял о человеческих душах и о том, куда же они все?таки приходят после всех наших земных передряг, взлетов и падений.

Мы летели уже часа три?четыре, где?то над севером Индии и югом Непала. Вдруг я словно услышал какую?то удивительную необычную музыку… Музыку, наполненную какими?то неземными жизнеутверждающими звуками. Создавалось впечатление, что пели дети, много?много детей. Их жизнерадостное пение напоминало раннее летнее утро в лесу, когда многоголосье птиц составляло какой? то немыслимый, фантастический оркестр.

Мне никогда не приходилось слышать что?либо подобное. Музыка была совершенно необычной и, казалось, что те, кто ее исполнял, все время добродушно широко улыбались и радостно пританцовывали.

Было три?четыре часа утра местного времени. Пассажиры безмятежно спали. Экипаж, судя по всему, добросовестно осваивал маршрут. А музыка звучала! Внятно и громко! Звучала во мне! Странно, но я этому совсем не удивился…

Продолжая размышлять о том, так куда же все?таки попадают человеческие души, я вдруг услышал, что какой?то тихий, спокойный и удивительно убедительный голос стал рассказывать о том, как это в действительности происходит.

При этом все было как?то телепатически. Я слышал голос, который коротко излагал только суть той или иной проблемы. То, что как бы раскрывало эту суть, передавалось как некое знание. Причем знание, к которому я тоже сопричастен и которое каким?то непонятным образом доставлялось прямо в мой разум. Для меня это, опять?таки, не было удивительным, а казалось совсем?совсем нормальным.

Мы общались долго, наверное, час?полтора. При этом я задавал вопросы и немедленно получал на них ответы. И эти ответы показались мне настолько убедительными и простыми, что не оставалось сомнений в том, что все, действительно, так и есть. Так и не иначе! Темы были разные и касались истории цивилизации, человека, как личности, его души, общества, в котором он живет, Вселенной, как места нашего общего существования.

Но было нечто общее. Общее для всех тем и вопросов. И это нечто прямо указывало, что весь окружающий нас мир устроен не совсем так, как мы привыкли его понимать. Что наше понимание мира необходимо немного подправить, уйдя от некоторых заблуждений, условностей и неясностей.

Я с вниманием и сдержанной радостью слушал, пытаясь не пропустить ничего из сказанного и услышанного.