Кавказский уроженецъ – поэтъ Константин Айбулат

С малоизвестными людьми даже творческими не любил никто связываться, потому что эти люди мало упоминаются в дневниках и воспоминаниях, черновые записи этих людей мало кому было интересно сохранять, считаю огромным упущением в литературоведении и научного сообщества, которые не поощряют выявление и исследование жизни и творчества малоизвестных поэтов и писателей, громадный пласт русской культуры в сотнях замечательных людей, оставивших свой творческий след, пусть даже маленький в виде пьесы, нескольких стихотворений, поэмы, короткого очерка, небольшого рассказа, не знаю почему не публикуются многие из этих произведений, некоторые в единственном числе, при чем в архивах сохранились и фамилии и имен этих малоизвестных авторов.

Каким-то образом научное сообщество и круг исследований крутятся во круг около десятка хорошо известных авторов 19 века.

Первоначально планировал включить в состав этого произведения интереснейший материал воспоминаний многих литераторов времен Айбулата, в которых упоминаются вечера, встречи, но так как эти авторы вписывали Айбулата в список и «других присутствовавших литераторов», было решено обойтись без этих красочных описаний и обзоров столичных событий, в которых участвовал Айбулат, но именитые авторы сочли его не столь важной персоной и обходили своим вниманием.

Так что если кому-то покажется не интересным ниже изложенный материал не сочтите за жадность. Огромное количество ценнейшего материала имеется в моем архиве, в этом бедном изложении для них тоже не найдется места.

Айбулат Константин – это первый просвещенный из Чеченцев, и оставившим свой чуть заметный, но яркий след в Русской поэзии во второй четверти 19 века.

Начало трагедии Айбулата. Пепелище Дада-юрта

«…Русскимъ, подъ именемъ чеченцевъ, стали они известны въ 1750 годахъ. Въ 1770 году генералъ Де Медемъ покорилъ несколько ихъ деревень, на Тереке и Сунже, которые съ того времени получили название мирныхъ чеченцевъ.

Въ томъ же 1770 году переведены съ Волги на Терекъ казаки моздокские; и эти новые поселенцы съ начала мирно ушли съ заречными своими соседями, но не надолго. Первый поводъ къ неприязни, кажется, былъ данъ съ нашей стороны, отгономъ у чеченцевъ конскаго табуна; что, по словам стариковъ, случилось около 1772 года.