Там, где сгорают надежды

Просто не мог позволить себе такой роскоши. Он лишь надеялся, что, хотя бы в ближайшее время, друг не натворит глупостей.

– Позвоню тебе послезавтра. К этому моменту ты уже должен собрать часть денег или придумать, где их найти.

– Почему Игорь не взял у тебя сразу все? – спросил Влад, на что получил осуждающий взгляд Макса. – Нет-нет, я ни на что не намекаю, просто странно это.

– Ничего странного. Пока ты болтаешься на крючке, у Бурана есть шанс, что ты вернешься за стол и проиграешь очередную кучу чужих денег.

Все. Никаких звонков среди ночи. Я больше не собираюсь вытаскивать твою задницу из той комнаты.

Влад протянул руку в знак примирения и попытался изобразить серьезность. Именно попытался, потому что потоки воздуха, гуляющие в его голове, серой пеленой отражались в бледно-голубых глазах. Заглянув в них лишь раз, сразу понимаешь все. Намерения, мысли, душу. Влад ничем не отличался от тысячи людей, живших с ним по соседству. Спортивный зал по расписанию, вечеринки по пятницам и новая девушка каждую субботу.

Непримечательный человек, который мог быть особенным только для своего друга.

Звук битого стекла и крики, доносившиеся из дома, вывели Макса из размышлений. Никто не шелохнулся, не дрогнул, не помчался в дом, спасать бедную женщину, которая так неожиданно оказалась в опасности. Нет. Максим знал, что это очередной вальс шардоне и мерло, охвативший Марину. Теперь ему еще больше не хотелось переступать порог дома. Макс коротко обменялся рукопожатием, и друг побрел по пустынной улице, сливаясь с последними закоулками темноты.

Зайти домой через парадный вход – наиглупейшая идея за весь вечер, поэтому Максиму пришлось воспользоваться запасным вариантом. Он спустился со ступенек, прошел несколько метров до угла дома и, подпрыгнув, уцепился за трубу. Макс карабкался вверх, пока не дополз до небольшого выступа в стене. Через несколько мгновений он очутился возле окна, которое предусмотрительно не стал закрывать.

Спрыгнув на пол собственной комнаты, он глубоко выдохнул. Интересно: второй раз за день зайти через окно.

Макс выключил телефон, разделся и нырнул под одеяло, пытаясь погрузиться в сон под пьяные крики, доносившиеся с первого этажа. Размытые видения кружились перед глазами, оставляя за собой только шлейф дремоты и ни одной ниточки крепкого сна. Вот уже несколько лет Макс не видел снов, лишь смазанные образы, которые переплетались с пережитыми днями.