Лис для белой вороны

Иван Юрьич резко развёл руками:

– Ну, Машенька, я же сказал – он мужчина видный, если скажет, значит, нужно делать…

– Это поэтому нам их холдинг без тендера заказ отдал?! – девушка готова была расплакаться, понимая, что тут заявлением об увольнении не отделаться. Здесь она на чужой территории, вещи все в гардеробной, а если отказать, то это грозит не лишением работы, а чем-то намного хуже. Лишь бы силой не попытался!

– Маша, – попробовал её уговорить начальник, – за такого мужчину девочки дерутся, а тебе повезло, он тебя сам приметил и выбрал, так что счастье само в руки плывёт! Иди и радуйся!

– Ты ещё спасибо скажешь! – раздался рядом голос старшей секретарши.

Маша затравленно оглядывалась, пытаясь найти пути отхода, но сзади подпирала колонна, а спереди с двух сторон окружали те, кто был не согласен с её намерениями сбежать.

– Так, а ну хватит! – злобно выплюнула Елена Павловна и, схватив Машу за руку, выволокла девушку назад, под свет хрустальной люстры.

Пара, направлявшаяся им навстречу, недоумённо замерла, и Маша от растерянности сделала вид, что всё хорошо. И уже позже поняла, что надо было не натягивать вежливую улыбку, а кричать! Впрочем, тут это тоже вряд ли помогло бы, потому что «серый ежовый волк» уже подошёл к ним и деликатно, но без шансов вывернуться, забрал руку девушки из цепких коготков спутницы.

– Я вам это… – послышался из-за спины голос шефа. – Наберу попозже, как закончите.

– Я сам наберу, – отрезал Олег Дмитрич, улыбнулся Маше и повёл её на середину зала.

Она споткнулась, беспомощно обернулась на уже почти затерявшихся в толпе коллег и вновь затравленно вгляделась в лицо под серой маской.

– Мария, – чуть понизил голос кавалер, – расслабьтесь, вы слишком напряжены. Неужели вы думаете, что я собираюсь держать вас силой? Поверьте, мне это ни к чему, но я бы очень хотел показать вам возможности, которые вы приобретёте, если окажете мне любезность украсить мой вечер.

Звучало вполне убедительно, но Маше так и виделось, как один короткий кивок головы в серой маске призывает пару молчаливых «шкафов», что переминались с ноги на ногу по периметру, и те «показывают» ей «возможности» доходчивым методом, когда отказывать не только неудобно, но и небезопасно.

Вспомнился парень на диване.