Одинаковые рассказы

Чем больше клиент был готов заплатить, тем тяжелее были его состояния, более того, иногда эти состояния были сильнее её, а клиент требовал, чтобы она убрала их из него по щелчку пальцев, даже если сам он жил в ненависти или отчаянии годами, а то и десятилетиями. Одинокие женщины считали, что Настя «снимает порчу», и удивлялись, почему уже на следующий день десятки мужчин не делали им предложения руки и сердца.

– Анастасия, я же вам заплатила деньги, прошло две недели, а я до сих пор не встретила мужчину! Может, вы что-то не так сделали?

Настя смотрела на эту женщину и понимала, что из неё хоть пылесосом тяни обиду и отчаяние, это не поможет, потому что через полчаса она их набирала ещё больше, чем было, благодаря чёткой внутренней установке: «Все дураки, а я – королева».

Гордыня в ней зашкаливала, и любой здравомыслящий мужчина её будет десятой дорогой обходить, а не здравомыслящий сбежит после первого свидания, потому что даже ему с ней будет некомфортно. Откуда у этой женщины взялось столько ненужного самомнения, Настя не знала, но через пару сеансов работать с ней перестала, ибо шансы встретить мужчину у этой женщины без тотального изменения образа мыслей стремились к нулю. Некоторые женщины приходили с пожеланиями вернуть мужей или бойфрендов, и от них веяло такой тоской, что Насте и самой хотелось сбежать. Она освобождала их от болезненных эмоций, но знала, что они придут опять, и не раз, ибо их опять бросят. Чем сильнее они боялись, тем выше была вероятность того, что это случится.

Женщины приходили с обидой, мужчины – с агрессией. Один из клиентов, внешне вполне обычный мужчина, в очках, с брюшком и лысиной, прятал глаза и долго молчал, когда Настя спросила его о цели визита, а потом выпалил:

– Я хочу убить свою жену.

Он посмотрел на Настю мельком, но и этого хватило, чтобы она увидела картинки в его голове, как именно он бы хотел убить свою жену. Картинки были настолько реальны, что Настю передёрнуло. Кроме жены, он хотел бы убить и мужчину, с которым жена ему изменяла.

– Вы понимаете, я же всё для неё делаю, все покупаю, за все плачу, ей ни работать не надо, ничего! Что ей ещё надо?

Посмотрев на него чуть дольше, Настя отчётливо увидела, что к жене мужчина относился строго потребительски, считал её полностью своей собственностью, и однозначно не считал ровней. От неё требовалось не перечить, сексуально ублажать мужа по первому требованию и не иметь своего мнения ни о чём и никогда, ибо он, мужчина, всегда знал лучше.