Одинаковые рассказы

Сегодня как раз наступила первая, и с самого утра, когда дождь ещё был маленьким дождиком, радио непрерывно бубнило про пробки и аварии. На первую утреннюю встречу Алексей съездил удачно и быстро, благо, офис заказчика находился неподалёку и радовался, что может спокойно остаться дома, в тепле и сухости, но как оказалось, радовался преждевременно. После обеда, когда дождь усилился и силуэты за окном стали размытыми до неузнаваемости, позвонил другой заказчик, важный и крупный, и потребовал привезти ему эскизы в течение часа, подумаешь, дождик, какая ерунда.

Чертыхаясь, кутаясь в плащ, пытаясь спасти от дождя бумаги и одновременно победить зонтик, норовящий улететь в ближайшую лужу, Алексей сел в машину и доехал почти на ощупь, на всякий случай выключив радио, чтобы не слушать про статистику аварий и не представлять себе ужасы мокрой дороги кроме тех, которые он видел прямо перед собой. Но капризный важный заказчик, посмотрев эскизы и раскритиковав почти каждую линию в них, на этом не успокоился, сказав, что теперь Алексею нужно их отвезти в дополнительный офис на окраине города, причём именно сегодня и именно сейчас.

– Мы платим вам хорошие деньги, Алексей, – сказал капризный важный заказчик, почти подняв вверх указательный палец, – мало кому из фрилансеров так везёт!

– Ох уж мне эти капиталистические замашки, – бухтел Алексей, запихивая себя в мокром плаще обратно в машину, но спорить не стал и поехал. Ветер был таким сильным, что машину, казалось, бросало из стороны в сторону, видимость приближалась к нулевой, того района, куда ему пришлось ехать, он не знал совершенно и добрался до места только благодаря навигатору.

Отдал эскизы, облегчённо вздохнул, сел в машину и только на развилке понял, что навигатор не работает и он совершенно не знал, куда ехать. Интуиция молчала, так как, судя по всему, вообще осталась дома и спокойно пила чай, завернувшись в пледик, а размытая дорога не помогала определиться. Алексей свернул направо, но уже минут через пять понял, что заехал в тупик, и решил просто остановиться, дабы не усугублять ситуацию.

– Ну вот и что ты прикажешь делать теперь? – риторический вопрос уже сорвался с языка, и голова привычно повернулась в сторону пассажирского сиденья, когда пришло понимание, что там никого нет и не было уже несколько дней.

– Чёрт, вот старался же не думать об этом весь день, – почти зажмурившись от болезненной эмоции, пробормотал Алексей.