Уроки лирики. Анализ стихотворения

Дождик выровнял холмики

На островке Голодае,

Спят в земле декабристы,

И их отпевает… Фаддей!

Атмосфера еще более напряженная, чем случилась с героем в его пьесе, хотя многие вещи странно повторяются, и не о чем больше думать и мечтать. И тогда самое разумное из всего, что было для него – это поручение, похожее на ссылку. Он остается на службе у государства, но отправлен на совершенно невыполнимое задание. Тегеран с его бесконечными бунтами будет страшнее Сибири и Кавказа. Но говорили, что он один там мог заменить целую армию.

Только в этот раз своевольная Фортуна отвернулась от опального драматурга, он оказался в руках разъяренной толпы.

От мечты о равенстве,

От фраз о свободе натуры,

Узник Главного штаба,

Российским послом состоя,

Он катит к азиатам

Взимать с Тегерана куруры,

Туркменчайским трактатом

Вколачивать ум в персиян.

Мы знаем, чем завершится этот визит и эта его труднейшая миссия, хотя трудно тут в чем-то обвинить молодого государя, литератор был на дипломатической службе, и угодил он как раз в момент восстания, и был зверски убит после бунта.

А потом еще долго ждал того момента, уже мертвый, когда тело его вернут на родину, чтобы просто похоронить.

Лишь упрятанный в ящик,

Всю горечь земную изведав,

Он вернется в Тифлис.

И, коня осадивший в грязи,

Некто спросит с коня:

– Что везете, друзья?

– Грибоеда,

Грибоеда везем! —

Пробормочет лениво грузин.

Но мы знаем о том, что тот самый путник, который встретился им на пути, был не кто иной, как наш великий поэт А.

 С. Пушкин. Он и описал этот уникальный и поразительный случай, столкновения в Кавказских горах с прахом человека, имя которого еще гремело и будоражило умы в обеих столицах. И он знал о той самой дуэли с его лицейским товарищем, на которой и был прострелян палец писателя.

Кто же в ящике этом?

Ужели сей желчный скиталец?

Это тело смердит,

И торчит, указуя во тьму,

На нелепой дуэли

Нелепо простреленный палец

Длани, коей писалась

Комедия

«Горе уму».

Они расстались на этой старой грузинской дороге. У поэта еще оставался какой-то небольшой отрезок времени, для того, чтобы бурно ее закончить и написать свои самые значительные произведения, для драматурга и дипломата это было последний путь к месту жительства его юной жены, и месту, где он навсегда будет погребен среди грузинских князей и царей.