Дитя магии

А эта сволочь меж тем погасила зелёное «солнце», снова завернулась в свой жуткий плащ и отправилась на балкон. Кажется, собираясь спуститься вниз по моему же, простите, белью. Я, разумеется, бросилась на защиту своего скудного имущества.

Второй этаж – балкон – верёвки – земля. Как всё знакомо… Одну сушильную верёвку Вэл оборвал, и мокрые рубаху и штаны я подняла с земли. И зачем ему, спрашивается, магия дадена?.. А раз он не может без неё спуститься со второго этажа, значит, я рискну надавать ему по шее… Перекинув мокрые вещи через плечо, я быстро домчалась до конюшни, но опоздала.

Когда я пробежала через распахнутые настежь ворота, стойла уже опустели. Осталась лишь жалкая кляча, которую оседлал Вэл.

– Ветер! – в отчаянии закричала я, озираясь по сторонам. – Ветер, ты где?

– Молодые животные слишком восприимчивы к сонной магии двуликих – с ума сходят и удирают, – хмуро пояснил парень. – Заметила, как тихо на постоялом дворе? Да нет, куда тебе, только орать и умеешь… Усыпили они всех, – и направил клячу на дорогу.

– Подожди, эй! – я схватила лошадь под уздцы. – А я? Мне в город надо! Здесь же… только дорога! Как я дальше пешком? С вещами?

– Молча, – отрезал он. – Кляча всего одна, да и не по пути нам. Раз ты опоздала, то я тут ни при чём.

– Да ведь ты!.. – задохнулась от ярости я. – Да ведь я только что тебе помогла!..

– Ты не мне помогала. Ты исправляла свою собственную оплошность, – строго отметил Вэл и слегка стукнул по моему запястью рукояткой хлыста.

Я непроизвольно отдёрнула руку, отшатнувшись в сторону, чем этот гадёныш и воспользовался, обдав меня на прощание тучей пыли.

Я сердито чихнула. Вот же скотина… И за что? За то, что не выдала его двуликим! Кстати, хорошо бы узнать, кто они такие… Но сдать его определенно стоило! Вот и делай людям добро… магам, в смысле.

Ладно, зараза, попадись мне только…

Преисполнившись мечтами о мести, я вернулась в конюшню. Ведь нашёл же он клячу, так? Значит, может найтись ещё кто-нибудь… невосприимчивый.

Я рыскала от стойла к стойлу, пока не заглянула за последнюю перегородку, где обнаружила сопящий тёмный клубок. И, присев, опознала в нём милого серого ослика. Да, ослик, это, конечно, не мой жеребец, но и не совсем ничего. Воровато оглядевшись, я прикрыла спящую скотинку сеном и поспешила обратно, на постоялый двор. Промедлю – останусь и без лошади, и без осла.

К моей досаде, все вещи были насквозь мокрые, в том числе и единственная пара тщательно вымытых туфель.