Забытые-2: Тишина взаймы

Знающий перевёл дух, бегло оглядел озадаченных нас, убедился, что его воспринимают всерьёз, и задал очень правильный вопрос:

– К чему они всё-таки шли? Что у Шамира ещё есть такого… ценного?

Мы со Снежной переглянулись. Травна нахмурилась и вновь взялась что-то шустро строчить на новом листе бумаги.

– Загадка, Зим, – тяжело призналась Снежна. – Думается, кроме силы старой крови, следующая ценность… это Шамир. Живая душа мира и её созидающая сила.

– А если кто-то возомнил себя… – Зим запнулся. – Ну, равным ему? Создал одного вернувшегося, второго… И решил, что теперь тоже может творить наравне с ним – тех, кто ему нужен? Так ведь можно все народности Шамира перекроить на свой лад.

Для своих целей.

Пёс, не открывая глаз, насмешливо фыркнул.

– Бредово, – поддержала я.

– Странно… – задумалась Снежна.

А Травна подняла бумажный лист, на котором в поддержку знающего было крупно выведено: «Но он же повторяет за ним!»

– Вот! – улыбнулся Зим. – Помнишь, Ось, я предположил, что создатель Забытых – это самый первый в мире знающий? И наверняка у него не было, как у нас, цели служить Шамиру.

Он просто появился. Просто мир счёл его ценным и полезным. Или…

– Или первым подходящим подопытным, – кивнула Снежна. – Да, мы тоже думали об этом. По сути, у Шамира получился лишь последний народ – люди. У старой же крови сплошные проблемы. Говорящие не могут говорить, пишущие не умеют писать, безлетные ненавидят жизнь, а искры горят – извини, Осна – как сухие дрова, из-за любого пустяка.

Если он не оставил эту идею – создать наконец народ, который мог бы пользоваться данной ему силой без ущерба для себя, постоянно, а не раз-два в жизнь, как мы… Вот только у подопытного появились свои планы и на себя, и на новый народ. И старшие пишущие полагают, что первый знающий был вроде нас. Старой крови.

– Почему? – я вздрогнула. А память, оживившись, тут же услужливо подкинула подсказку.

«Мы все помогали. Давно. Кто-то из интереса, кто-то из страха, кто-то… просто так.

Чтобы ощущать себя нужным. Чтобы найти наконец применение своей странной силе», – признался пишущий из Ярмарочного перед смертью.

Сможет ли хладнокровный напугать старую кровь и узнать её слабые места, чтобы заставить работать на себя? Нет. К сожалению, нет. Человек-знающий, особенно на первых порах, будет заметно слабее старой крови. И о наших сложностях не догадается никогда. То есть неизвестный чучельник, творящий «недо-», – старая кровь.