Забытые-3: Хранители перемен

Конечно, без еды в паутине худо будет, но…

– Верн, смотри!

Я обернулась. Зверёк Вьюжен появился рядом со мной – соткался из снежинок и улыбнулся. Стряхнул с крыльев снежную крупу, сжал в ледяных зубах ремешок сумки – и исчез, чтобы появиться у порога, где и стоял Зим. Безлетный шевельнул хвостом и снова появился рядом со мной, по-прежнему держа в зубах сумку.

– Ты же можешь перемещаться на большие расстояния, да? – дошло до меня. – И до целых городов хватит сил добраться?

Вьюж кивнул. Вёртка немедленно забралась в сумку: мол, с тобой пойду.

Зверёк-безлетный тихо фыркнул и исчез, лишь сверкнула в воздухе пригоршня мелких снежинок.

– Живём! – взбодрилась я, доставая из другой сумки котелок.

– Интересно, а нас он так перетащить сможет? – предположил знающий, разуваясь.

– Стужа тебя с собой не прихватил – значит, нет, – я занялась кашей.

– Расскажешь? – Зим присел у очага. – Что в склепе видела?

Я помешала крупу, отложила деревянную ложку, вскипятила в кружках воду для чая и за мелкими делами начала неспешно пересказывать недавние события и открытия, ничего не утаивая.

Услышав о своей роли в исчезновении записей Весела и Бела, знающий помрачнел, но смолчал. Дождался, когда я закончу, встал и вышел наружу.

Наверное, иногда не помнить отдельные моменты прошлого – это благо… или проклятие.

Я поела в одиночестве, подремала, подогрела кашу и снова начала клевать носом, когда Зим наконец вернулся. И с порога хмуро заявил:

– Всё равно хочу всё вспомнить.

Если буду точно знать, где и что я натворил, то смогу с этим сжиться. А если не буду, изведусь, думая, я или не я, под чарами или по собственному желанию.

– Лады, – я зевнула и указала на котелок. – Ешь. И ложись спать. Не хочу торчать в пределах больше необходимого.

– Думаешь, Стужа вернётся в Обжитые земли? – он сел на пол у очага, поджав ноги.

– Да. Среди людей затеряться проще, чем в пустынных землях. Проклятые «скользкие» чары… – проворчала я, обустраивая лежак. – Из-за них мы и тебя не разглядели, и Стужу не найдём.

Спрячется так, что ой. И не всплывёт, пока не придёт время.

– Время для чего? – знающий поднял брови.

– Время для стужи, – тихо ответила я, – лютого мороза, который не щадит никого. Он копит силы для одного-единственного удара. Стужа достаточно времени провёл в Обжитых землях, чтобы раскидать повсюду свои чары. И я не уверена, что даже безлетные способны их распознать под «скользкостью» и обезвредить.