Ветер на ощупь

И на одно мгновение показалось, что Шхалара повело обратно, к плотному облаку Вечности.

Я перехватила нить, и он выругался:

– Мгла!.. Вперед тащи, а не назад отпускай!

– Ну, извини, не приспособилась еще…

Снова перехватила нить, пытаясь подтянуть его к себе. А она тащила меня к пропасти. Я пыхтела, сопротивляясь, упиралась в землю пятками, но сползала вниз. Тяжелый же он однако… Нить снова заскользила меж пальцев в ненужном направлении. Да как я раньше-то ею управляла, почему же она меня теперь не слушается?.

.

Позади зазвучали быстрые шаги.

– Райден?

– Держись!

– За что?!

– За меня.

Оттаскивая от пропасти, брат сгреб меня в охапку. А я вовремя перехватила нить, так что следом за мной потянулся и Шхалар. Рывок – и он выбрался из плена, проскочив мимо склизких щупалец черного тумана. Второй – и мы с Райденом оказались у подножия холма, а мой украденный врезался в скалу. А плети Вечности, разочарованно пульсируя, уже сворачивались в тугой кокон, тая в туманной хмари пропасти.

Получилось…

– Ой… – мне стало нехорошо.

– Заклятье держи! – рявкнул брат.

Неуправляемая нить вихрем извивалась в руках, и пальцы от боли сводило судорогой. Еще рывок – и Шхалар тяжело плюхнулся рядом с нами. А я с облегчением выпустила из ладоней нить, позволив шаловливому ветру подхватить ее и унести прочь. И устало осела на землю.

– Живой? – спросила сочувственно.

Сумеречный перевернулся, скривился и с хрустом потянулся. Меня накрыло неожиданной волной покалывающей боли.

Это что ж такое, последствия воровства непредвиденные?.. Райден сел рядом, и я привычно прижалась спиной к его плечу, а он обнял, поцеловал в висок, прошептав «молодец». Ну, хоть кто-то… оценил.

– С тобой как свяжешься – так и огребешь, – проворчал Шхалар, сплюнув кровью.

Что-то мне нехорошо… И перед глазами темнеет, и желудок к горлу подкатывает, и холодно становится… Я зябко поежилась:

– Ой, не выступай, на тебе все махом заживает, как на туманном слизне… И – да, – кстати, Яссмилина, ты мне жизнь спасла!

– Да, кстати, Яссмилина, ты мне жизнь спасла, – передразнил он, копируя мои интонации, и сморщился: – Но мои ребра – иного мнения.

– Язва сумеречная…

Перед глазами замерцали странные голубоватые огоньки. Я моргнула, провожая удивленным взором вереницу сияющих шаров, снова моргнула, встречая следующую, подняла глаза к небу в поисках новых… И меня с головой накрыла сияющая пустота.

***

…Вокруг шумел ветер.