Ведьмин путь

Быстро достав чётки, я прошептала наговор, не особо надеясь на свет, но он появился. Его скудного мерцания хватило лишь на стены… но мне хватило. Оцепенев, я смотрела на тень гигантской кошачьей головы с острыми ушами, мощной нижней челюстью, оскаленными клыками и взъерошенным загривком. И понимала, что это не только игра светотени. Это…

Тень, утробно зарычав, резко наклонилась, пропав во мраке коридора, и я решилась спуститься вниз. Вытянув руку с амулетом, осветила ступени с размазанными чужими следами, шагнула вниз и остановилась.

В зыбком кругу света на крупном неподвижном теле сидела мелкая и тощая полосатая кошка. Глаза белые, морда в чёрной крови, шерсть дыбом. А рядом с ней стояла Карина. Глаза тоже белые, губы и подбородок в чёрной крови, волосы дыбом… а сияние ярче.

– Не… под… – и мёртвая ведьма сорвалась на хрип, сделала недвусмысленный жест.

Руна глянула на меня исподлобья и зарычала. Её добыча. Не подпустит и не позволит осмотреть.

– Вре…мя… – Карина снова махнула рукой, указывая на дверь.

Конечно… Сила покидает мёртвое тело очень быстро, и если призрак через кошку хочет напитаться ею, то медлить нельзя.

Я с сожалением вернулась наверх. Подняла с пола мешанину из тряпок, книг и внезапной ножки стола, толкнула дверь, и она со скрипом открылась. Выйдя, я осмотрела себя. Вся покрыта инеем, абсолютно вся… И невольно прислушалась, но из подвала не донеслось ни звука. Чёрт, он же был так близко – руку протяни… И облегчение сцепилось во мне с сожалением, а благодарность к кошке – с досадой.

Мертвеца бы осмотреть – и то хлеб… Но раз желания хозяйки ближе… надеюсь, потом она, в смысле Карина, найдёт силы на пару-тройку нужных слов.

Наверх я подниматься не спешила. Уложила в углу горкой свою добычу, отряхнулась, вытерла рукавами лицо, распустила растрепавшийся хвост и начала плести косу. И только тогда почувствовала, как сильно дрожат руки, с каким трудом управляются со спутанными волосами заиндевевшие пальцы. Нет, нельзя пока людям на глаза показываться…

Как назло, именно в этот момент хлопнула входная дверь, и в коридоре раздались радостные голоса новобрачных.

Быстро взвесив «за» и «против», я снова сгребла в охапку добытое добро и юркнула в подвал. И едва успела прикрыть дверь, когда Семён с Вероникой прошли мимо, живо обсуждая прекрасную погоду на завтра и «фотографа». У меня возникло внезапное желание поработать. И побыть среди живых, почувствовав и себя живой.

А подвал уже опустел.