Во имя Абартона

Избавившись от брюк, он накрыл ее своим телом, вошел, медленно, закусив губу, наслаждаясь каждым мгновением, каждым дюймом ее влажного лона. Мэб дышала прерывисто, комкая стеганое покрывало, выгибаясь ему навстречу. Реджинальд замер, опираясь на руки, тяжело дыша.

– Ну же!

Медленное, мучительно-неторопливое движение назад, и снова вперед, все наращивая и наращивая темп, погружаясь в сладкое, колдовское безумие. Эксперимент.

Дано: быстрый грубый секс в профессорской. Следующая вспышка желания через три с половиной часа.

Задача: определить, сколько пройдет времени после медленного, томительно-сладкого соития.

Мэб выпустила покрывало, ногтями впилась в его плечи и подалась вперед, подмахивая бедрами, сбивая ритм, прося большего. Влажные темные волосы разметались по подушкам. Из груди ее вырвался сиплый стон, и Реджинальд уже не смог сдержать своего. Позабыв обо всем, он обхватил женщину руками, вжал ее в постель и вонзался, вонзался в нее, пока не кончил с громким удовлетворенным рыком.

Это был великолепный оргазм. Только вот очень гадкий, отдающий плесенью.

– Слезь с меня! – Мэб отпихнула его и села, обхватила себя за плечи, мелко дрожа. От холода? От отвращения? От гнева?

Реджинальд лег на спину, закинув руку за голову, разглядывая темный потолок с единственным пятном света – от лампы на комоде. А потом ему еще кое-что пришло в голову.

– Погоди минуту, – Реджинальд перешел на ты, сейчас вежливость показалась удивительно неуместной.

Он набросил халат, поднял тот, что Мэб сбросила на пороге, и отдал ей, а потом открыл дверь в небольшую гардеробную. Одежды у него было немного, и потому комнатка по большей части использовалась, как склад. Открыв аптечный шкаф, Реджинальд перебрал пузырьки в поисках нужного.

– Вот, держи.

Мэб посмотрела на пузырек с подозрением.

– Что это?

– Противозачаточное. Хорошее, надежное и без побочных эффектов.

Мэб повертела пузырек в руках, разглядывая сквозь янтарное стекло содержимое.

– И зачем оно тебе?

– Для студенток держу.

Прозвучало это как сарказм, однако было чистейшей правдой.

– Ага, – сказала Мэб, сжимая пузырек. – Три капли каждый день. Спасибо.

Закутавшись в халат, она вышла. Хлопнула сначала его дверь, затем – вторая, чуть дальше по коридору, и дом погрузился в тишину.