Знак ответа. Часть 1

Оно красивое…

И для себя, но вслух заметила:

– А главное очень ей подходит…

Быстро сообразив о том, что сказала, она покосилась на мужчину, застывшего у очередной двери нетрадиционной шестиугольной формы, что находилась в дальней стене кабинета, и сразу поняла: просек.

– В каком смысле? – спросил на всякий случай он.

– Ни в каком, – коротко ответила девушка, решив, что лучше заткнуться.

А Анатолию было интересно.

– Что ж так?

Замешкавшись, Ника подошла на несколько шагов ближе.

– Наверно потому что вы, по сути, мой временный начальник.

А при начальстве много болтать не положено, – улыбнулась. – Такая тема для доверительной, дружеской беседы, где не надо бояться ударить в грязь лицом. Так что давайте не будем об этом. Лучше о ваших дверях, уж очень они меня заинтересовали.

Взгляд мужских глаз прогулялся по женской фигуре. Анатолий пожал плечами и приоткрыл дверь.

– Нет. Насчет дверей – это отдельный разговор, который требует немало времени. Да и говорить надо не со мной, – прищурился.

 – Я примерно догадываюсь, о чем вы промолчали. – он всего лишь улыбнулся, а взгляд говорил: «Ай-ай-ай, госпожа Верхоланцева!» – Все мы разные, и в каждом, так или иначе, есть то, о чем можно выразиться нелестно.

– Да, но…

– Так. Идемте! Меньше слов – больше дела, госпожа Верхоланцева!

Тон Товарища начальника вновь приобрел официальную окраску.

Ника замолчала и снова покорно двинулась по следам впереди идущего.

А за дверями…

– Простите, вы пискнули или мне показалось? – задал вопрос Левин непривычно насмешливо.

Вероника, шедшая следом за ним, сжалась и прикрыла рот ладонями. Бдительный взгляд из-за плеча она чувствовала, но сейчас он не напрягал совсем. Она уставилась на мужчину сияющими глазами и что-то промычала, отрицательно мотнув головой. Когда Анатолий отвернулся, она снова принялась оживленно оглядывать окрестности.

По правую руку в леваде, как уже было замечено ранее, гуляли две грациозные лошади: серая в яблоках и гнедая модница в черных гольфах.

Только при более близком рассмотрении стало заметно, что концы ее черной гривы были ровно подстрижены, а длинная челка заплетена в косу, кончик которой венчал симпатичный желтый бантик-бабочка. По другую руку находились два манежа: большой – для учеников, а занимающий более скромную площадь – детский.

У второго толпились, толкались, прыгали друг на дружку дети из класса Инны Александровны, цвет лица которой уже сливался с оттенком ее блузки.